ygodnik.onet.pl

Известный хорватский писатель Предраг Матвеевич, который живет в Риме, как сам он выражается, "то ли в убежище, то ли в эмиграции", написал открытое письмо президенту России Владимиру Путину, приурочив его к визиту российского лидера в Рим.

По словам Матвеевича, начал он писать это письмо после гибели Анны Политковской, поэтому письмо начинается с перечисления "многочисленных, похожих друг на друга российских убийств, число которых продолжает расти". Вспомнив не только погибших журналистов, но и депутата Госдумы Галину Старовойтову, "которая боролась за права меньшинств", писатель отмечает, что "кто не критиковал власть, с теми ничего не случилось". "За все это время было убито более 15 журналистов, среди них трое сотрудников "Новой газеты", где работала и Анна Степановна", - пишет Матвеевич в письме, опубликованном в австрийской газете Der Standard (полный текст - на сайте InoPressa.ru).

Хорватский писатель называет недостойной поддержку "белорусского сталиниста" Лукашенко и "чеченского тирана" Рамзана Кадырова. Он также называет отталкивающим "стремление к новому обретению статуса "великой державы", со всеми вытекающими из этого последствиями", обвиняя российского президента в подрыве суверенитета соседних стран, "в частности Украины".

Матвеевич спорит с тезисом Путина, озвученным им в 2005 году, что распад СССР – это самая большая геополитическая катастрофа двадцатого столетия. По словам писателя, он "пришел в ужас" от речи российского лидера, в которой тот заявил, что распад СССР уничтожил старые идеалы, многие учреждения были распущены или реформировались на скорую руку, несколько олигархов присвоили себе неограниченную власть, массовая бедность стала восприниматься как норма, а социальная сфера оказалась в параличе.

Писатель напоминает, что "старые идеалы" были загублены "страшным образом еще при Сталине", распущенные учреждения "заслужили подобной участи", и спрашивает, кто допустил, чтобы "олигархи столь бесстыдным образом подмяли под себя экономику, а массы оказались в еще более бедственном положении, чем раньше?".

По словам Матвеевича, погибли именно те, кто искал ответы на эти вопросы, "кто делал это беспристрастно и целеустремленно". Те же, кто проявил себя прислужником или сторонником, могли в любом случае жить относительно спокойно, - пишет литератор.

Писатель отмечает, что у многих сложилось впечатление, что "некоторые олигархи, например Ходорковский, были выведены из игры и высланы в Сибирь не только потому, что у них скопилось слишком много денег, а потому, что он поддерживал "Яблоко", а также другие оппозиционные группировки и партии, которые – как и убитые журналисты – критиковали власть имущих.

Он пишет, что от взгляда Европы не укрылся "жестокий ужас, творимый в Чечне, который выдается за борьбу с исламистским терроризмом, хотя этот терроризм на Кавказе чаще является следствием, а не причиной".

Матвеевич пишет о том, что бывший президент СССР Михаил Горбачев, "давший толчок гласности, боится произнести хоть одно критическое слово о сегодняшнем положении вещей и избегает всего, что могло бы задать перестройке другое направление".

В конце письма он вспоминает слова Анны Политковской о советских и новых российских лидерах и нынешнем положении вещей: "Брежнев был наихудшим из них. За демократическим фасадом Андропова скрывался палач. Черненко был идиотом. Горбачев провалился. Из-за Ельцина мы постоянно крестились, из страха перед его решениями... А сегодня в моду входят политические движения, созданные по указке Кремля с одной-единственной целью – лишь бы Запад не догадался, что у нас сложилась авторитарная однопартийная система".