Политика стимулирования экономического роста нэповскими методами не была устойчивой
 
Политика стимулирования экономического роста нэповскими методами не была устойчивой
© РИА Новости / В. Леонов

Два известных историка российской экономики Андрей Маркевич (РЭШ) и Марк Харрисон (Университет Уорик) закрыли последнее белое пятно в динамике российского ВВП XX века, пишет Forbes. Ученые реконструировали национальные счета за 1913-1928 годы.

Национальные счета, напомним, это система взаимосвязанных показателей и классификаций, предназначенная для описания и анализа макроэкономических процессов страны и связывающая важнейшие макроэкономические показатели (объемы выпуска товаров и услуг, совокупные доходы и расходы) на стадиях производства, распределения и пользования.

Главный вывод Маркевича и Харрисона: Первую мировую войну Россия пережила лучше, чем раньше казалось историкам. Спад начался только в 1916 году, и то не превысил 10%. За 1916-1917 годы российский ВВП упал на 18%. Примерно так же пережили войну и более богатые европейские страны. А вот Гражданская война оказалась для российской экономики убийственной.

Реконструировать динамику ВВП того времени оказалось сложной задачей - территория страны изменилась, а население после распада империи, Первой мировой и Гражданской войн сократилось на 18%. Революция, массовая конфискация имущества и произвол привели к ужасающей разрухе. За 1918-1919 годы ВВП сократился на 48%. Затем темпы падения замедлились, и минимум был достигнут в 1921 году, когда ВВП составил всего 38% от уровня 1913 года. Особенно острым был спад, если учитывать только невоенные товары и услуги.

В сельском хозяйстве производство снизилось не так сильно, но объем доступного продовольствия на душу населения упал почти вдвое. Экономика отыграла потери примерно к 1928 году, начав восстанавливаться после 1922 года, когда большевики решили вернуть рыночные отношения в мелкую промышленность.

Однако политика стимулирования экономического роста нэповскими методами не была устойчивой. Мягкие бюджетные ограничения для крупной промышленности в сочетании с рыночными механизмами торговли привели к отсутствию у крестьян стимулов торговать с городом.

Власть оказалась перед выбором: использовать для выравнивания диспаритета между городом и деревней ценовые механизмы или силу. Сталин выбрал второй вариант. Началась политика Великого перелома, когда потребление ограничивалось, капитал инвестировался в промышленность, а рабочая сила и продовольствие откачивались из аграрных территорий. В начале 1930-х годов начался голод.