Круглый стол "Противодействие экстремистской деятельности и проблемы соблюдения конституционного права граждан на свободу вероисповедания в регионах России"
 
Круглый стол "Противодействие экстремистской деятельности и проблемы соблюдения конституционного права граждан на свободу вероисповедания в регионах России"
blagovest-info.ru

Круглый стол "Противодействие экстремистской деятельности и проблемы соблюдения конституционного права граждан на свободу вероисповедания в регионах России" состоялся накануне в Славянском правовом центре.

Более 30 участников - юристов, религиоведов, правозащитников, госслужащих, представителей религиозных организаций из разных регионов, журналистов - собрались, чтобы обсудить проблемы дискриминации по религиозному признаку в современной России. Этот круглый стол отличался тем, что в нем также приняли участие представители Генпрокуратуры и МВД РФ, сообщает "Благовест-инфо".

На заседании выступили приехавшие издалека представители протестантских церквей: юрист и исполнительный директор Объединения церквей христиан веры евангельской Игорь Яншин (Ханты-Мансийский АО, ХМАО-Югра), пастор церкви "Прославление" города Саяногорска (Республика Хакасия) Сергей Ващенко и пастор церкви "Новое поколение" из Благовещенска (Амурская область) Михаил Дарбинян. Все выступавшие подробно рассказали о притеснениях со стороны региональных властей. В документах и распоряжениях местных начальников эти зарегистрированные Минюстом религиозные организации безо всяких на то оснований называются "сектами"; без решений судов их вносят в особые списки потенциальных экстремистов.

Так, по словам Михаила Дарбиняна, прокуратура Благовещенска нашла в его проповедях, записанных на видеокассеты, элементы нейролингвистического программирования (НЛП), с помощью которого пастор якобы готовит экстремистов. Этот ярлык теперь преследует церковь "Новое поколение", перекрывая разнообразную социальную работу (деятельность по укреплению семьи и нравственности, спортивные мероприятия, реабилитационный центр для бывших наркоманов, систематическую заботу о бомжах и пр.). Сергей Ващенко приехал в Москву, чтобы просить помощи: местные органы ФСБ инициировали уголовное преследование общины "Прославление", которое неминуемо должно привести к сносу молитвенного дома, купленного на средства верующих.

А Игоря Яншина более всего возмущает, что властные структуры ХМАО возглавили борьбу с "сектами", призывая муниципальные структуры и даже население создавать добровольные народные дружины, оборудовать КПП, отказывать в аренде помещений представителям "деструктивных тоталитарных сект". К распоряжению, разосланному начальством на места, прилагается список из 12 опасных организаций, признанных судом экстремистскими, а также пространный перечень (без указания источника) из 260 групп, "обладающих значительным числом признаков деструктивных тоталитарных сект".

Всеми выступавшими было подчеркнуто, что притеснения со стороны власти обострились в последние годы: на протяжении многих лет данные религиозные организации действовали в поле закона, никаких претензий к ним не было.

Возможно, это связано с "погоней за отчетностью по борьбе с экстремизмом" на местах, предположил профессор РГГУ, главный редактор журнала "Религия и право", сопредседатель Славянского правового центра Анатолий Пчелинцев. В любом случае, все эти и многочисленные другие случаи грубого нарушения закона в отношении религиозных организаций являются проявлением вопиющего невежества как чиновников, так и представителей силовых ведомств на местах, считает он.

Со своей стороны, государственный советник РФ I класса Андрей Себенцов отметил, что именно составление списков, подобных вышеупомянутым, и является настоящей "экстремистской деятельностью", т.к. расшатывает межнациональное и межконфессиональное согласие в регионах. Говоря о мнимой борьбе с экстремизмом, он подчеркнул: "Нет ни одного факта, чтобы протестанты кого-то взорвали или как-то обидели… Вместо борьбы с настоящим экстремизмом мы боремся с открытыми, законопослушными религиозными организациями".

"Те чиновники, которые используют православие для борьбы с протестантскими деноминациями, дискредитируют саму Русскую православную церковь. А если идеологией антисектантских центров начнут пользоваться правоохранительные органы и силовые структуры, это будет означать, что "сектоборцы" объективно провоцируют конфликты в обществе", – подчеркнул директор Института религии и права, старший научный сотрудник ИЕ РАН Роман Лункин.

Старший прокурор управления по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности, межнациональным отношениям и противодействию экстремизму Генпрокуратуры РФ Ольга Клыкова обещала "принять к сведению" услышанное. Она убеждала участников круглого стола, что приведенные факты не могут быть проявлением "погони за показателями" борьбы с экстремизмом просто потому, что "целевая ликвидация – это не наш стиль работы". Представитель Генпрокуратуры заверила, что ее ведомство готово "к сотрудничеству со всеми религиозными организациями", и пообещала "найти общий язык" с теми, кого обидели "прокуроры, которые погорячились".

В свою очередь, замначальника информационно-правового и методического отдела Департамента по противодействию экстремизму МВД России Денис Корников заявил, что "никто не гонится за показателями", и убежден, что соответствующие структуры МВД открыты к дискуссии, в том числе – по проблемам профилактики экстремизма. "К федеральным структурам у нас претензий нет. Все проблемы – в регионах", - откликнулся на эти выступления член общественной палаты, председатель Российского объединенного союза христиан веры евангельской (РОСХВЕ), епископ Сергей Ряховский.

Тему дискриминации по религиозному признаку продолжил сотрудник аппарата уполномоченного по правам человека в РФ, известный религиовед Михаил Одинцов. Он свидетельствовал о существенном росте (в 7 раз) за последние три года числа обращений к омбудсмену, связанных с преследованиями верующих, о том, что региональные власти практически не реагируют на официальные обращения уполномоченного.

Ведущий круглого стола Роман Лункин не исключает, что российское государство со временем не только фактически, но и de jure установит "какую-то форму превалирования одной конфессии". В любом случае, "без диалога с Русской православной церковью невозможна стабилизация ситуации и реализация свободы совести в России", подытожил он.