Ракетчик США рассказал о том, как не запустил ядерные ракеты по СССР и Китаю в 1962 году
 
Ракетчик США рассказал о том, как не запустил ядерные ракеты по СССР и Китаю в 1962 году
FAS

В разгар Карибского кризиса в 1962 году США по ошибке едва не нанесли ядерный удар по СССР, Китаю и Северной Корее, сообщает американское издание Bulletin of the Atomic Scientists со ссылкой на офицера ВВС США, которому разрешили рассказать об инциденте спустя полвека. Его история напоминает произошедшее с советским офицером Станиславом Петровым, который не выполнил приказ о нанесении ядерного удара по США.

"Только недавно ВВС США разрешили Джону Бордну сообщить общественности об инциденте, и если эта история верна, то она станет еще одним ужасным дополнением к длинному списку ошибок и неполадок, которые чуть не привели к ядерной войне", - пишет автор статьи Аарон Товиш.

По его словам, трехчасовое интервью с Джоном Бордном он взял в мае, после чего обменялся с ним полусотней имейлов, чтобы удостовериться в том, что правильно понял его интерпретацию событий. Также историю Бордна, служившего на военной базе на Окинаве, излагало японское агентство Kyodo.

Автор Bulletin of the Atomic Scientists утверждает, что ядерную войну удалось предотвратить благодаря капитану американских ВВС Уильяму Бассету - человеку, усомнившемуся в приказе запустить 32 ракеты с ядерными боеголовками.

Как передает РИА "Новости", во время своего дежурства 28 октября 1962 года на одной из четырех секретных американских ракетных баз на японском острове Окинава управляющий пуском Бассет получил приказ о запуске ракет, оснащенных термоядерными бомбами. Американская публикация изобилует деталями о последовательностях управляющих запуском кодов и ступенях готовности ракет к запуску. В момент кризиса ракеты находились на стадии готовности DEFCON2. В состояние высшей боеготовности DEFCON1 ракеты переводятся за несколько минут, после чего достаточно минуты после получения приказа для запуска.

База на Окинаве была оснащена 32 ракетами Mace B, каждая из которых несла ядерную боеголовку Mark 28 мощностью в 1,1 мегатонну - эквивалент 70 ядерных бомб, сброшенных на японскую Хиросиму. Управляли запуском восемь команд, а Уильям Бассет координировал их действия.

В середине очередной смены Бассет получил инструкцию нанести удар по четырем городам - Владивостоку, Пекину, Пхеньяну и Ханою. Его озадачило то, что три из четырех целей находились за пределами СССР. Кроме того, как рассказал Бордн, офицеры посчитали, что в случае ядерного удара они уже могли бы почувствовать воздействие - услышать взрывы или ощутить вибрации. И каждая секунда в тишине делала версию менее состоятельной. Также собравшиеся в командном пункте посчитали странным, что не поступило приказа о приведении ракет в состояние высшей боеготовности DEFCON1.

В это время Бассет связался с командованием и попросил повторно прислать инструкции, чтобы убедиться в отсутствии ошибки. Для всех восьми команд поступил повторный приказ на пуск ракет, вспоминает Бордн.

По его словам, самая напряженная ситуация сложилась в одной из батарей, которой прислали инструкции нанести удары по целям на территории СССР. Бассет скомандовал послать на пункт управления двух человек с оружием и приказом застрелить командира, если тот скомандует запустить ракеты.

После этого Бассет решил еще раз перепроверить информацию и запросил у центра объявление о готовности DEFCON1 либо приказ об отмене пуска. Коды прислали еще раз, и приказ о старте был отменен. Чтобы удостовериться, что кризис миновал, Бассет связался с каждой сменой и получил подтверждение о том, что ни одна ракета не была запущена.

Бордн утверждает, что было проведено внутреннее расследование и всех причастных допрашивали, а затем вызывали в суд по делу майора, который передал ошибочную последовательность кодов. Бассет после суда сообщил ему, что майора просто понизили в звании.

Уильям Бассет умер в 2011 году.

Автор статьи Аарон Товиш призывает рассекретить данные об инциденте в случае достоверности сведений Бордна. Он отмечает, что не смог проверить его рассказ из других источников, но во всех деталях, насколько он может судить, повествование офицера было правдивым.