Moscow-Live.ru

ДМИТРИЙ ДОКУЧАЕВ, редактор отдела экономики журнала "The New Times":

Перед самыми майскими праздниками правительство выпустило постановление, в соответствии с которым Министерство финансов больше не обязано ежемесячно публиковать в свободном доступе сведения о доходах и расходах Резервного фонда и Фонда национального благосостояния (ФНБ).

Мораторий на данную информацию наложен до 1 февраля 2012 года. Плюс к тому, до 1 января 2013 года с ведомства снимается обязанность обнародовать данные о поступлении и расходовании нефтегазовых доходов бюджета и их зачислении в данные фонды.

В Минфине не скрывают, что постановление появилось в связи с тем, что, по крайней мере, в ближайшие полтора года не предусматривается пополнение Резервного фонда и ФНБ. Это неудивительно: бюджет страны дефицитен уже второй год подряд, и трудно представить, что ситуация изменится в лучшую сторону в ближайшие пару лет. Соответственно, все нефтегазовые доходы, которые ранее пополняли фонды, теперь будут идти только в федеральную казну.

Вроде бы, ничего удивительного тут нет: еще в прошлом году министр финансов Алексей Кудрин предупреждал, что к концу 2010 года Резервный фонд будет исчерпан, поскольку все средства будут направлены на покрытие дефицита бюджета. Что, собственно, сейчас и происходит: объемы Резервного фонда в нынешнем году тают буквально на глазах. Если 1 января 2009 года объем средств там составлял свыше 4 трлн рублей, то 3 месяца спустя – уже порядка 1,5 трлн рублей.

Очень похоже, что не к концу года, а уже в мае Минфину просто нечего будет показывать: тактическая "заначка" правительства рискует оказаться на нуле. Правда, есть еще "стратегическая заначка" - ФНБ, объем которого с начала года практически не изменился (порядка 2,6 трлн рублей). Однако, надо полагать, когда Резервный фонд закончится (особенно, если это произойдет раньше запланированного срока), то и за ФНБ дело не станет: дыру в бюджете затыкать чем-то надо.

Ситуация предельно понятная: порядок использования средств фондов давно прописан, каких-то сенсаций в том, что Резервный фонд тает, нет и в помине. Остается вопрос: зачем же было "закрывать" эти финансовые данные?

Разумный ответ на этот вопрос найти трудно. Такое ощущение, что правительство придерживается старого, но отнюдь не доброго принципа: предавать гласности только приятные новости, а если они неприятные – то широкой публике их знать необязательно. Пока в докризисные годы стабилизационный, а затем сменившие его резервные фонды пухли от шальных нефтедолларов, эта информация была абсолютно открытой и служила немалым поводом для гордости правительства - вот, граждане, наша "подушка безопасности".

Теперь, когда накопленные резервы тратятся по назначению - то есть играют роль той самой "подушки" в аварийную пору - власти почему-то решили закрыть этот процесс покровом тайны. И это решение правительства укладывается в некий логический ряд, образовавшийся за время кризиса. Можно вспомнить, как в его начале, осенью 2008 года, явно по указке сверху, само слово "кризис" было запрещено на федеральных телеканалах и первых полосах правительственных газет применительно к российской экономике. А в начале этого года Росстат почему-то вздумал взять и поменять методику расчета важнейшего индекса промышленного производства, дезориентировав всех аналитиков на предмет того, что же в действительности происходит в отечественном реальном секторе. И вот теперь еще одно "лыко в строку".

Конечно, подавляющему большинству людей, не шибко интересующемуся экономикой, наличие или отсутствие этих фондов, а также динамика их пополнения и трат - до лампочки. Но для остальных - интересующихся - закрытие информации - плохая новость. Во-первых, это рождает серьезные подозрения, что ситуация на самом деле еще хуже, чем нам пытаются представить. Во-вторых, отсутствие важнейшей финансовой информации повышает неуверенность инвесторов, что ухудшает инвестиционный климат в стране и негативно влияет на фондовый рынок. Ну и уж совсем смешными на фоне новой экономической цензуры смотрятся потуги властей создать в России международный финансовый центр.

В связи с этим не выдерживает критики и еще одна версия закрытия информации - поскольку Россия вышла на рынок внешних заимствований и начала размещать свои еврооблигации, негативная информация по суверенным фондам ей ни к чему: мол, рейтинги могут пострадать. Однако, надо полагать, специалисты по мировым финансам и сами в состоянии сделать выводы о состоянии нашего резерва, а закрытие информации только добавляет негатива в оценки: раз скрывают, значит, есть что.

Фигура умолчания, ограничения в гласности и закрытие определенной информации, может, и срабатывает на каких-то этапах в политической жизни. Экономику же не обманешь: как ни прикрывай дыру в бюджете, как ни делай вид, что все под контролем, а горькая правда о том, что король голый, – все равно вылезет наружу.