ТВ Центр

Российские солдаты-контрактники регулярно совершают преступления, которые обычно считаются свойственными призывной армии. Среди "профессионалов" в вооруженных силах процветают вымогательство и дедовщина, тысячи контрактников дезертируют из частей. На их счету - каждое третье выявленное правонарушение, сообщил накануне главный военный прокурор России Сергей Фридинский.

Правозащитники, однако, отмечают, что все эти преступления - наследие обязательной службы по призыву, и в них повинно армейское руководство. Бегут из армии только бывшие солдаты-срочники, которых насильно заставили подписать контракт или обманули, указывают эксперты. А дедовщину можно будет искоренить, лишь полностью перейдя к профессиональной армии, приводят аргумент правозащитников "Новые известия".

- "Небоевые потери" российской армии: 471 человек за год
- Офицеры любят должностные и корыстные преступления

По официальным данным, за минувший год самовольно оставили службу более 7 тыс. контрактников. По мнению главы военной прокуратуры, они массово бегут из-за "материально-бытовой неустроенности". Правозащитники говорят, что на самом деле из армии дезертируют еще активнее: 7 тыс. человек – это только те, против кого ведется следствие.

Российские "контрактники" оказываются на положении рабов

Председатель комитета Солдатских матерей России Валентина Мельникова утверждает, что бегут из армии в основном те бойцы, которых заставили подписать контракт. "То есть паренек-призывник отслужил свой положенный год. Потом его обманным путем или силой заставляют заключить контракт еще на три года", – пояснила правозащитница.

"Иногда были просто ужасающие случаи, когда призывника держали на морозе, принуждая подписать документ", - рассказывает координатор общественной инициативы "Гражданин и армия" Сергей Кривенко. После подписания "новообращенным контрактникам" не дают ни копии договоров, ни денег, забирают даже банковские карты, на которые перечисляется зарплата, указывает Мельникова. Такие солдаты продолжают служить бесправно: у них отнимают мобильные телефоны, вымогают деньги, запрещают покидать часть в законные выходные дни, издеваются.

Сергей Кривенко считает, что число контрактников-дезертиров растет еще и потому, что для них в армии не были созданы надлежащие условия для прохождения службы. "По статусу контрактник должен быть приближен к офицеру. И в договоре должны прописывать не только его обязанности, но и его права. По моим данным, сейчас разрабатывается новая форма контракта", – сообщил эксперт. Пока же контрактники в армии остаются незащищенными, и многие стараются быстрее уволиться. "А кто не может уволиться, бежит. Это остается единственной формой защиты их человеческих прав", – объясняет Кривенко.

Что же касается дедовщины среди наемных солдат, тут правозащитники сходятся во мнении: ее можно искоренить, только полностью переведя армию на профессиональную основу. Сергей Кривенко вспоминает, что изначально было запланировано все части постоянной боевой готовности комплектовать исключительно контрактниками. В 2004-2005 годах так и делали, а потому неуставные отношения встречались гораздо реже.

Но теперь, "из-за того, что обманутые контрактники разбегаются", Минобороны вновь стало комплектовать части по смешанному принципу. Соседство призывников и контрактников, вчерашних "дедов", ни к чему хорошему не привело - "вновь появились неуставные отношения", отмечает Кривенко.

Валентина Мельникова советует брать пример с пограничных войск, которые не так давно полностью отказались от призывников. Результаты не заставили себя ждать: если раньше в погранвойсках "стрелялись люди, и дедовщина была, и все на свете", то за весь прошлый год был травмирован лишь один солдат, погиб один человек. Ни одной жалобы комитет Солдатских матерей от пограничников не получил.