DepositPhotos / YAYImages

Федеральная служба исполнения наказаний может отправлять осужденных на очистку арктических территорий от загрязнений, сообщил на итоговой коллегии ведомства директор службы Александр Калашников. По его словам, уже такая договоренность достигнута с руководством Красноярского края и администрацией города Норильска.

Чиновник попросил руководителей территориальных органов ФСИН из Арктической зоны "продолжить работу по данному направлению", передает "Интерфакс".

В декабре 2020 года говорилось, что ФСИН изучает возможность принудительно направлять заключенных на работы по очистке Арктики от накопленного загрязнения и размещать там модульные бараки. Тогда начальник управления организации исполнения наказаний, не связанных с изоляцией от общества ФСИН Елена Коробкова сообщала, что администрация Норильска выделила помещение для создания исправительного центра на 56 человек, а в Архангельской области нужно разобрать 15 незаконных свалок.

"Таким образом, организациям, осуществляющим очистку арктической зоны, предлагается осуществить взаимовыгодное сотрудничество с ФСИН РФ по привлечению к таким работам осужденных к принудительным работам, - сказала тогда Коробкова. - Уголовно-исполнительная система заинтересована в расширении использования труда осужденных к принудительным работам и готова предоставлять необходимое количество рабочей силы".

9 марта губернатор Архангельской области Александр Цыбульский провел рабочую встречу с начальником регионального управления ФСИН Аланом Купеевым. "В ходе диалога было уделено внимание вопросам привлечения граждан, которые отбывают наказание за правонарушения, не требующие лишения свободы, к обязательным и исправительным работам. Обсуждалась также  возможность привлечения таких граждан к очистке территорий Арктической зоны от накопленного мусора", - сообщило об этой встрече агентство Dvinanews.

Напомним, именно в Красноярском крае, где, по планам ФСИН, будут развернуты "арктические экологические бригады" из заключенных, менее года назад произошла самая масштабная на планете, по оценкам МЧС, экологическая катастрофа, связанная с разливом топлива. 29 мая 2020 года на территории ТЭЦ-3 АО "НТЭК", входящей в группу компаний "Норильский никель", разгерметизировался резервуар из-за проседания свайного фундамента. Это привело к разливу горюче-смазочных материалов.

По данным Росприроднадзора, разлилось больше 20 тысяч тонн нефтепродуктов, горючее попало в ручей Безымянный и реки Далдыкан и Амбарная, которая впадает в озеро Пясино. По факту происшествия возбуждены четыре уголовных дела, был арестован начальник цеха ТЭЦ.

Росприроднадзор оценил ущерб окружающей среде в результате аварии на норильской ТЭЦ-3 в 148 млрд рублей. "Норникель" сначала оспаривал оценку ущерба, но потом все же выплатил назначенную судом компенсацию в 146 миллиардов рублей.

Эту аварию глава Минприроды Александр Козлов упомянул в ноябре 2020 года, когда заявил, что Арктике нужна "генеральная уборка" и ее пора очистить от "ржавеющих бочек и брошенного железа", а также от нелегальных свалок.

Заключенных привлекут и к "загрязнению" Арктики

В настоящее время руководство ФСИН проявляет все больший интерес к советскому опыту широкого привлечения заключенных к хозяйственной деятельности. В прошлом году правительство Коми, ФСИН России и группа компаний "Руститан" заключили соглашение "о взаимодействии при строительстве горно-металлургического комплекса и инфраструктуры для национального горнопромышленного кластера, создаваемого на территории крупнейшего в мире Пижемского месторождения титана, расположенного в Коми".

"Это значит, что многочисленное зэковское население по-прежнему лагерного края - республики Коми - бросят на строительство ГОКа в Усть-Цилемском районе республики, - писала "Новая газета". - Подано это как благо для самих заключенных: директор ФСИН Калашников заявил, что это поможет осужденным получить во время отсидки профессиональные навыки, а затем остаться на этом же производстве после освобождения, "обрести новые трудовые места, завести семьи и полноценно вернуться к нормальной жизни, приносить пользу".

Именно такая "преемственность" кадров была характерна и для ГУЛАГа. "В Воркуте и окрестностях живы еще бывшие узники ГУЛАГа, которые, не погибнув на строительстве угольных шахт, отсидев не по одному сроку (известно, что волны приговоров в СССР тех лет четко соотносятся с нуждами "народного хозяйства"), оставались там же и после окончания срока", - отмечала "Новая газета".

Примечательно, что ФСИН готова одновременно развивать как экологические, так и вредные для окружающей среды проекты в рамках освоения Арктики. Дело в том, что месторождение титана углом врезано в Пижемский заказник, вытянутый вдоль бассейна реки Пижма. Производство диоксида титана, которое планируют запустить уже в 2021 году, может убить краснокнижную флору и фауну заказника.

"Ущерб будет колоссальный, - считает член экологической организации "Комитет спасения Печоры" Александр Чупров. - Высокотоксичные отходы с большой вероятностью будут попадать в Пижму, которая впадает в Печору".

По его словам, добыча будет вестись открытым способом, то есть для этого построят карьер. "Куда пойдут токсичные воды из него?" - задается вопросом эколог.

Разговор о разработке этого месторождения шел давно, но у компании были проблемы с финансированием. А сейчас, после принятия закона о предпринимательстве в Арктической зоне, они активизировались. "Думаю, у них появится возможность освоить государственные средства, платить минимальные налоги, вообще делать минимальные отчисления в бюджет. То есть производство становится в разы выгоднее. А раз они используют труд заключенных, точно никакой утечки информации оттуда не будет, ничего нельзя будет проверить и контролировать", - считает Александр Чупров.

В официальных сообщениях указано, что полная геологоразведка месторождения уже проведена, при этом обнаружены залегания более 40 минералов. Так что вопрос с добычей решен, хотя никаких общественных слушаний по этому поводу жители района не припомнят.

Параллельно в Коми разгорается другой скандал - с добычей золота на территории нацпарка "Югыд ва", анонсированной врио главы республики Владимиром Уйбой. Компания-разработчик зарегистрировала филиал в Инте, которая, как и Усть-Цилемский район, входит в Арктическую зону России. Льготы, предоставленные "арктическим" предприятиям, действительно велики: это, например, вычет из налога на добычу полезных ископаемых в объеме сделанных инвестиций в инфраструктуру, а также в новые обогатительные и перерабатывающие мощности. Законы предусматривают и установление нулевой ставки НДС на перевозку и перевалку грузов, возмещение части страховых взносов, субсидии по кредитам и право прохождения экологической экспертизы одновременно с главгосэкспертизой проекта.

Преференции заполярному крупного бизнесу позволяют ожидать усиления промышленного воздействия на Арктику. Если же к этим льготам прибавится еще и право использовать заключенных, промышленные гиганты получат невиданные возможности, ранее доступные только государству.

Вступивший в силу 1 января 2020 года закон о создании филиалов колоний-поселений и исправительных центров при крупных предприятиях и стройках позволяет отправлять зэков на работу в интересах частного бизнеса. Организации достаточно лишь заключить договор с исправительным учреждением. Правда, есть нюанс: такое положение противоречит ратифицированной еще СССР в 1956 году международной конвенции N 29 "Относительно принудительного или обязательного труда". Она запрещает "предписывать, разрешать предписывать принудительный или обязательный труд в пользу частных лиц, компаний или обществ", отмечала "Новая газета".

Развитие отдаленных регионов силами "лагерных рабов"

На то, что осужденных как подневольных рабочих можно использовать для освоения отдаленных территорий с суровыми климатическими условиями, обратили внимание еще советские чиновники около ста лет назад. Тогда, на рубеже 1920-30-х годов, в связи с коллективизацией, раскулачиванием и огромным притоком репрессированных начала формироваться система ГУЛАГа.

Экономика принудительного труда выполняла несколько функций, осуществление которых было невозможно (или почти невозможно) при помощи "обычных" методов принуждения и стимулирования трудовой деятельности, отмечал историк Олег Хлевнюк. "Во-первых, она обеспечивала развитие тех отдаленных, труднодоступных регионов, отличавшихся крайне неблагоприятными климатическими условиями и отсутствием элементарной первоначальной инфраструктуры, привлечение в которые вольнонаемных работников требовало значительных средств. Во-вторых, она поставляла чрезвычайно мобильную рабочую силу, легко перебрасываемую с объекта на объект в зависимости от потребностей государства. В-третьих, эту рабочую силу можно было эксплуатировать практически без ограничений, вплоть до полного истощения. В-четвертых, угроза попасть в жернова ГУЛАГа "дисциплинировала" "свободных" работников. В-пятых, существование значительной прослойки заключенных и других "спецконтингентов" снижало давление на скудный потребительский рынок, облегчало решение острейших социальных проблем, например, жилищной", - пояснил он.

Заключенные строили Беломорско-Балтийский канал, Байкало-Амурскую железнодорожную магистраль, форсировали золотодобычу на Колыме, участвовали в инфраструктурном развитии Дальнего Востока и Средней Азии.

В годы "большого террора" (1937-1938 гг.) контингенты колоний и лагерей выросли с 1,2 до почти 1,7 млн человек, а к началу Великой Отечественной войны - до 2,3 млн. Во время войны около полумиллиона человек были освобождены из-за эвакуации лагерей или отправлены на фронт, более 1 млн - умерли от болезней и истощения, писал Znak.com.

При всем масштабе задач, к решению которых привлекались заключенные, лагерная система продемонстрировала свою экономическую неэффективность. В начале 1950-х замминистра внутренних дел Василий Чернышев в своих отчетах "наверх" признавал: содержание заключенных обходится очень дорого, и во многих случаях убыточно для производства и строительства, "учреждения, содержащие заключенных, в связи с убытками на производстве и строительстве не могут оплатить необходимое продовольствие, вещевое снабжение или капитальные работы".

Эта диспропорция становилась особенно выпуклой в период "большого террора": приходилось отвлекать ресурсы на этапирование, срочное строительство новых лагерей, организацию управления (плюс 10% от расходов на содержание заключенных), охраны и надзора (плюс еще 20-25%), на обеспечение заключенных одеждой, обувью, питанием и так далее.

Неумение решать экономические задачи советская власть компенсировала расстрелами. "Кризисное состояние лагерей и невозможность хозяйственного использования дополнительных сотен тысяч заключенных были важной причиной небывалого количества смертных приговоров", - говорил Олег Хлевнюк.

Производительность труда в лагерях была крайне низкой. Еще в 1939 году Госбанк заключал, что эффективность выполнения строительно-монтажных работ на стройках ГУЛАГа почти в четыре раза ниже, чем на стройках Наркомата по строительству, при этом строительные механизмы использовались хуже в три раза.

В системе ГУЛАГа процветала коррупция, снижающая и без того малую эффективность подневольного труда. В среде чиновников пенитенциарной системы шла теневая торговля льготами, должностями и дефицитными товарами, совершались растраты и распространялось взяточничество.

"Преждевременная гибель в ГУЛАГе сотен тысяч людей, бессмысленное расточительство в каторжном труде сил и талантов, способных принести несравнимо большую пользу на свободе (жалобы на использование квалифицированных кадров не по назначению, на тяжелых физических работах - одна из самых распространенных тем в ведомственных документах НКВД-МВД), существенно ослабляли трудовой потенциал страны. Кроме того, из общественного производства выпадали многие десятки тысяч работоспособных людей, охранявших заключенных", - подытожил Олег Хлевнюк.

После смерти Иосифа Сталина в 1953 году система ГУЛАГа постепенно пришла в упадок.