www.cpj.org

СМИ России подвергаются наибольшим ограничениям, чем когда-либо, а Ирак - самое опасное место в мире для журналистов. Об этом говорится в докладе, опубликованным Комитетом по защите журналистов (CPJ). Документ озаглавлен "От репрессий в России до новых опасностей в Ираке".

Анализ Комитета ситуации в республиках бывшего Советского Союза показывает, что свобода СМИ соблюдается только в 3 постсоветских государствах - Латвии, Литве и Эстонии.

Недавние события на Украине дают некоторую надежду, однако, в других республиках бывшего СССР у прессы меньше свободы, чем в последние годы коммунистического режима.

- Полный текст российского раздела доклада

В России, говорится в докладе Комитета, в прошлом году шла "чистка независимых голосов на телевидении", а драматические новости, как, например, события в Беслане, подавались неполно, замалчивались.

При освещении бесланской трагедии "три общественных телевизионных канала давали лишь ограниченное освещение 52-часового кризиса и не сообщали о том, что захватчики требуют выведения российских войск из Чечни. Местные власти постоянно давали репортерам неверную информацию о числе заложников, а многие находившиеся на месте происшествия журналисты получили письменные инструкции не драматизировать ситуацию и пользоваться рекомендованной властями терминологией".

Президент Владимир Путин усвоил советский стиль контроля над СМИ, говорится в российской части доклада.

"Критическое освещение действий президента, коррупции в правительстве, терроризма и войны в Чечне стало редким явлением с тех пор, как Путин пришел к власти. Используя неприкрытое давление Федеральной службы безопасности, бюрократические рогатки, политизированные судебные процессы и насильственную передачу корпоративной собственности в управление конкурентов-бизнесменов, Кремль смог запугать многих своих критиков и заткнуть им рты", считают в Комитете по защите журналистов.

Особое внимание уделяется состоянию демократии в России. "С помощью агентов разведывательных служб и широкого ассортимента политизированных государственных органов Путин добивался от прессы послушания и патриотизма, не переставая теснить слабеющую российскую демократию", - говорится в докладе.

В обзоре, посвященном нападениям на представителей прессы, говорится, что в общей сложности 56 журналистов были убиты во всем мире в 2004 году, который стал вторым после 1994, когда 66 журналистов погибли - большинство из них в войне в Алжире, сообщает Reuters.

Ирак остается самым опасным местом для журналистов – там за прошлый год убито 23 журналиста. Большинство из них были иракскими репортерами.

Кроме того, беспокойство вызывает то, что убийцы журналистов обычно не наказываются. Отдельно подчеркивается ситуация на Филиппинах, где с 1986 года нераскрыты убийства 48 журналистов.

За год 122 журналиста были заключены в тюрьму во всем мире за их работу – это немногим меньше, чем в предыдущие годы. Больше всего, 42, журналистов в тюрьмах Китая. На Кубе – 23 и 17 журналистов содержатся в тюрьмах Эритреи.

Впервые за 3 года список заключенных в тюрьму журналистов включает одного американского журналиста.

Телевизионный репортер в Провиденсе (штат Род-Айленд) Джим Тарикани был осужден на 6 месяцев домашнего ареста после того, как отказался обнародовать источник информации. Кроме того, в судах США рассматриваются другие дела против журналистов.

Комитет по защите журналистов отметил и успехи в 2004 году, среди которых досрочное освобождение журналиста Мануэля Васкеза (Куба), ставшего лауреатом Международной Премии "За свободу слова" в 2003 году.

Полный текст доклада Комитета по защите журналистов

Проведенная в середине года зачистка государственного телевидения от независимых голосов и вызывающее тревогу подавление информационных репортажей во время бесланского кризиса с заложниками ознаменовали год, на протяжении которого российский президент Владимир Путин ужесточал контроль советского образца за средствами массовой информации. С помощью агентов разведывательных служб и широкого ассортимента политизированных государственных органов Путин добивался от прессы послушания и патриотизма, не переставая теснить слабеющую российскую демократию.

Обстановка беззакония способствовала нападениям на сотрудников средств массовой информации, будь то в Чечне или в Москве. В 2004 году были убиты два журналиста: один погиб в результате хорошо спланированного покушения на улицах Москвы, другого взорвали чеченские боевики. За 5 лет пребывания Путина у власти 11 журналистов погибли от рук наемных убийц, ни один из которых не предстал перед судом.

Критическое освещение действий президента, коррупции в правительстве, терроризма и войны в Чечне стало редким явлением с тех пор, как Путин пришел к власти. Используя неприкрытое давление Федеральной службы безопасности, бюрократические рогатки, политизированные судебные процессы и насильственную передачу корпоративной собственности в управление конкурентов-бизнесменов, Кремль смог запугать многих своих критиков и заткнуть им рты.

За последние четыре года Кремль сосредоточил под своей властью общественные вещательные средства массовой информации, а независимые телевизионные станции власти либо закрыли, либо передали в собственность поддерживающим правительство предприятиям. В апреле 2001 года государственная газовая монополия "Газпром" насильственно перевела под свой контроль и управление общественный телевизионный канал НТВ. После того, как журналисты НТВ перешли на канал ТВ-6, чтобы продолжать свое независимое вещание, этот канал был закрыт по решению суда в январе 2002 года. Когда журналисты перешли на следующий канал - ТВС, Министерство по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций в июне 2003 года отключило этот канал от эфира.

Оставшиеся общественные телевизионные каналы страны – находящиеся в государственном управлении "Россия" и Первый канал, а также НТВ – воскресили старый советский подход к освещению событий, уделяя основное внимание ежедневным встречам Путина с кабинетом министров и международными лидерами. Крупнейшие общественные телевизионные каналы изображают Путина как решительного лидера и стабилизирующую силу, при этом зажимая информацию о чеченской войне, некомпетентности служб безопасности и развязанной властями судебной травле нефтяного гиганта ЮКОС.

Политический контроль освещения событий на государственном телевидении стал столь явным, что руководители телевизионных каналов во всеуслышание заявляют, что их главная цель – поддерживать Путина и его политику. Кремль назначает высших государственных чиновников и преданных сторонников своей политики руководителями общественных вещательных средств массовой информации; некоторые из них еженедельно проводят встречи с советниками президента, чтобы обсудить редакционную политику. В результате этих мероприятий ежедневные программы новостей и еженедельные шоу по текущим вопросам стали стерильными и доставляют удовольствие самой главной аудитории – президенту и его команде.

Ряду независимых газет и информационных вебсайтов Кремль позволяет продолжать живые обсуждения и критику правительства, прежде всего потому, что они не оказывают политического влияния в национальном масштабе, ориентируясь на ограниченный элитный круг городских образованных читателей.

Кремль твердой рукой направлял освещение мартовских президентских выборов в информационных программах. В январе Путин вызвал к себе на совещание руководителей общественных телевизионных каналов, чтобы обсудить планы редакций на предстоящую кампанию; телевизионные новости сосредоточились преимущественно на освещении трудовых будней Путина, в то время как информация о шести его оппонентах давалась лишь изредка и зачастую носила негативный характер.

Политически послушная Центральная избирательная комиссия не обеспечила исполнение закона о выборах, согласно которому СМИ должны предоставлять кандидатам одинаковое количество эфирного времени. Трансляция в середине февраля в прямом эфире на канале "Россия" 30-минутной речи Путина, посвященной началу избирательной кампании, и неоднократное повторение отдельных ее частей на общественных каналах не вызвали никаких возражений со стороны ЦИКа. В марте эти три общественных канала отказались выпустить в эфир рекламные предвыборные ролики основного оппонента Путина, заявив, что им нужно получить согласие Путина на показ видеоматериалов с его участием.

Наблюдатели венской Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе дали выборам, на которых Путин был избран на второй четырехлетний срок, набрав 71% голосов, критическую оценку и пришли к заключению, что предвзятость средств массовой информации и связанные с выборами нарушения "не соответствовали … стандартам истинно демократических выборов".

За три недели до выборов Путин удивил страну радикальными перестановками в кабинете министров и назначением 54-летнего профессора теории музыки Александра Соколова на должность главы только что созданного Министерства культуры и массовых коммуникаций. Большую часть года это министерство и члены парламента были заняты подготовкой законопроекта о средствах массовой информации, который должен рассматриваться в 2005 году в качестве замены существующего, принятого в 1991 году закона, утвердившего свободу слова в российском гражданском кодексе. Подробности этого законопроекта почти не разглашались, но многие полагают, что в нем будет много новых ограничений.

В конце весны - начале лета Кремль существенно урезал редакционную независимость НТВ. В конце мая заместитель директора НТВ Александр Герасимов по требованию ФСБ убрал из информационной программы "Намедни" короткое интервью с вдовой чеченского сепаратистского лидера. Несколько недель спустя НТВ совсем отменил передачу "Намедни" и уволил ее постоянного ведущего Леонида Парфенова, протестовавшего против вмешательства в редактирование программы. В июле новый прокремлевский руководитель канала Владимир Кулистиков закрыл популярное ток-шоу "Свобода слова" и несколько других злободневных программ.

Независимые журналисты, открыто критиковавшие Кремль, подвергались угрозам и запугиванию. В феврале у входной двери московской квартиры независимой журналистки Елены Трегубовой взорвалась бомба. Незадолго до инцидента она написала бестселлер с критикой Кремля, вызвавший в обществе противоречивые оценки. При взрыве Трегубова не пострадала.

Кремль продолжал железной рукой контролировать информацию, поступающую из расположенной на юге страны республики Чечня, ограничивая возможности российских и иностранных корреспондентов свободно освещать опустошительные последствия войны. Журналисты были обязаны перемещаться по Чечне только в сопровождении сотрудников милиции и с соблюдением специальных правил. В таких условиях очень сложно интервьюировать местное население и давать независимое освещение событий. Репортеры, у которых хватало смелости работать без сопровождения милиции, шли на риск: их могли похитить или на них могли напасть чеченские боевики.

Никак не продвинулось проводимое МВД расследование похищения в июле 2003 года в соседней с Чечней Ингушетии корреспондента агентства France Presse Али Астамирова, который в течение нескольких месяцев, предшествовавших похищению, подвергался преследованиям со стороны милиции и ФСБ за репортажи о Чечне.

Министерство иностранных дел продолжало чинить препятствия освещению чеченской войны в международных информационных программах, отказав ряду иностранных корреспондентов в визе, а местным журналистам, сотрудничающим с иностранными информационными агентствами, в аккредитации. Например, министерство отказало в аккредитации журналистам северокавказской службы радиостанции "Свободная Европа/Радио Свобода", финансируемой правительством США. В феврале датский премьер-министр Андерс Фог Расмуссен выступил с критикой российских властей за отказ в выдаче визы журналистке независимой ежедневной копенгагенской газеты "Политикен" Вибеке Сперлинг, которая ранее критиковала нарушения прав человека в Чечне. В сентябре Кремль добился от Литвы закрытия поддерживающего независимую Чечню информационного вебсайта kavkazcenter.com, который был зарегистрирован в этой стране.

Журналистов, которые отказывались подчиняться жестким указаниям Кремля, настигала кара милиции и ФСБ. После того, как московская корреспондентка Cox Newspapers Ребекка Сантана и ее координатор совершили поездку в Чечню без официального надзора, агенты ФСБ конфисковали записи и оборудование журналистки, а ее координатор был доставлен в милицию и в течение месяца содержался под арестом. В августе, на пике местной предвыборной кампании, милиция закрыла независимую чеченскую газету "Чеченское общество", по всей видимости, в отместку за публиковавшуюся в ней информацию о нарушениях прав человека службами безопасности. В ноябре, после того, как независимый японский журналист Косуке Цунеока взял интервью у чеченских беженцев, агенты ФСБ задержали его на неделю за якобы допущенное им нарушение визового режима, после чего выслали из страны.

В ряде случаев службы безопасности фабриковали уголовные дела, чтобы заставить замолчать журналистов, освещающих войну в Чечне. В августе в Северной Осетии более десяти агентов ФСБ обыскали дом и офис местного репортера Associated Press Юрия Багрова. В декабре Багров был признан виновным в подделке документов для получения российского гражданства и оштрафован на 15 000 рублей. Кроме того, его паспорт был признан недействительным, что, по словам журналиста, делает его, как человека с судимостью, беззащитным перед возможной депортацией. Журналисты были убеждены, что власти преследовали Багрова, чтобы заставить его отказаться от освещения тематики, выставляющей политику властей в невыгодном свете (такой, например, как данные о военных потерях).

Репортажи о терроризме стали восприниматься властями исключительно болезненно, поскольку каждое новое нападение подрывало уверения Путина, что Россия побеждает в войне против повстанцев-сепаратистов в Чечне. Показательной в этом смысле была реакция на августовские теракты, когда в воздухе взорвались два самолета, выполнявшие коммерческие рейсы. Пока три общественных телевизионных канала старались преуменьшить значение этой катастрофы, Кремль вынуждал печатные средства массовой информации не отзываться о ней как о теракте.

В сентябре, когда в средней школе города Беслан, расположенного на юге страны в республике Осетия, группа тяжело вооруженных боевиков захватила около 1 200 человек - детей, родителей и учителей, – обращение Кремля со СМИ по агрессивности напомнило советские времена.

Сотрудники служб безопасности не допустили в Беслан ряд журналистов, критиковавших политику Кремля на Кавказе. Руководство московского аэропорта задержало корреспондента радиостанции "Свободная Европа/Радио Свобода" Андрея Бабицкого по ложному обвинению в "хулиганстве". Сотрудники ФСБ задержали съемочную группу независимой грузинской телевизионной станции "Рустави-2" и на допросе накачали наркотиками одну журналистку.

Жертвой загадочного отравления стала Анна Политковская, выдающийся военный корреспондент независимой "Новой газеты", выпив чаю в самолете по пути в Беслан, куда журналистка летела, чтобы освещать кризис. Согласно сообщениям радиостанции "Свободная Европа/Радио Свобода", идентифицировать яд не удалось, так как медицинские сотрудники уничтожили ее анализ крови.

Три общественных телевизионных канала давали лишь ограниченное освещение 52-часового кризиса и не сообщали о том, что захватчики требуют выведения российских войск из Чечни. Местные власти постоянно давали репортерам неверную информацию о числе заложников, а многие находившиеся на месте происшествия журналисты получили письменные инструкции не драматизировать ситуацию и пользоваться рекомендованной властями терминологией.

Когда между силами безопасности и захватчиками заложников вспыхнул бой, положивший конец противостоянию и унесший жизни 330 человек, "Россия" и Первый канал передавали лишь короткие сообщения о кризисе, перемежая их мыльными операми и шпионскими триллерами; НТВ показало кое-какие материалы с опозданием, перерывами и почти без комментариев происходящего. Неудовлетворительное телевизионное освещение событий заставило многих россиян обратиться к информационным вебсайтам и независимой московской радиостанции "Эхо Москвы", сохранившей редакционную независимость несмотря на то, что главным акционером компании является государственная газовая монополия "Газпром".

Редактор ведущей ежедневной газеты "Известия" Раф Шакиров был вынужден уволиться после того, как государственные чиновники, разгневанные освещением бесланских событий в газете, надавили на владельца газеты, прокремлевскую компанию "Проф-Медиа". В "Известиях" были опубликованы откровенные фотографии; газета одной из первых осудила власти за предоставление неверных данных о числе заложников.

Ответом Путина на кризис с заложниками был ряд радикальных мер: усиление служб безопасности, предоставление Кремлю полномочий назначать губернаторов в регионы, ограничение числа независимых кандидатов в депутаты парламента. В целом принятые меры ведут к беспрецедентной с момента падения коммунизма централизации власти.

Помимо этих явных методов контроля средств массовой информации прокремлевские силы усматривают пользу и в косвенном давлении. В октябре Московский арбитражный суд обязал издателя независимой московской ежедневной газеты "Коммерсант" выплатить Альфа-Банку 321 миллион рублей (11,7 миллионов долларов США) в возмещение ущерба за статью, где описывалась очередь из клиентов банка, снимавших деньги со своих счетов во время летнего банковского кризиса. Аналитики предположили, что банк, входящий в принадлежащую про-кремлевскому олигарху Михаилу Фридману компанию "Альфа-Групп", пытался устранить одну из немногих оставшихся газет, которые прямо критикуют правительство. В начале января 2005 года апелляционный суд поддержал постановление суда, слегка уменьшив сумму ущерба до 300 миллионов рублей (10,8 миллионов долларов США).

Журналисты подвергались и самой серьезной физической опасности. В мае при взрыве подложенной чеченскими боевиками бомбы погиб снимавший президента Чечни в ее столице Грозном оператор британского информационного агентства Reuters Адлан Хасанов.

В июле в Москве был расстрелян журналист-расследователь и первый редактор нового журнала "Русский Форбс" Пол Хлебников. На состоявшейся в Вашингтоне встрече с высшими официальными лицами США и России делегация Комитета защиты журналистов обратилась к ним с призывом привлечь убийц Хлебникова к ответственности. К ноябрю российские власти арестовали трех подозреваемых по этому делу, однако предоставили лишь ограниченную информацию о связи подозреваемых с убийством. В том же месяце Комитет защиты журналистов почтил память Хлебникова, посмертно наградив его международной премией "За свободу слова".

Из года в год независимых российских журналистов безнаказанно убивают, поскольку милиция, прокуратура и суды не обеспечивают надлежащего расследования этих преступлений и соответствующего судебного производства. По одному из немногих таких дел, дошедших до суда в последнем десятилетии, об убийстве в октябре 1994 года репортера независимой газеты "Московский комсомолец" Дмитрия Холодова, обвинительный приговор до сих пор не вынесен. В июне Московский окружной военный суд во второй раз оправдал шестерых подозреваемых.

Власти волжского города Тольятти никак не продвинулись в раскрытии убийства главного редактора известного публикациями об организованной преступности и коррупции в правительстве "Тольяттинского обозрения" и сменившего его на посту коллеги. Валерий Иванов был убит в 2002 году; Алексей Сидоров – в 2003 году. Посетив Тольятти в июне и встретившись с прокурорами, журналистами и родственниками убитых редакторов, Комитет защиты журналистов направил Путину подробное письмо с изложением серьезных недостатков в подходе властей к расследованию этих дел.

Оправдание в октябре сварщика одного из местных заводов, обвинявшегося в убийстве Сидорова подтвердило подозрения журналистов и семьи Сидорова о том, что в поисках убийцы власти идут по ложному следу. Комитет защиты журналистов обратился к прокуратуре с призывом начать новое, на этот раз более правдоподобное расследование.

Премьер-министр Михаил Фрадков и другие министры закончили 2004 год транслировавшимся по телевидению на всю страну заседанием кабинета министров, на котором они критиковали журналистов за разрушение имиджа России и дали понять, что в дальнейшем намерены ужесточить государственный контроль за средствами массовой информации. Согласно сообщениям местной прессы, на заседании 16 декабря Фрадков сказал: "Негатив навязывают, это захлестывает телевидение и печатные издания". Министерству культуры и средств массовой информации было поручено развивать программы, способствующие укреплению патриотизма среди молодежи, и обеспечить России в 2005 году более "позитивное" телевизионное освещение.