Moscow-Live.ru / Акишин Вячеслав

Московский городской суд отменил продление ареста бывшим полицейским, обвиняемым в подбросе наркотиков и фабрикации уголовного дела в отношении корреспондента "Медузы" Ивана Голунова, сообщает пресс-служба суда.

Материалы дела в отношении Акбара Сергалиева, Романа Феофанова, Максима Уметбаева и Игоря Ляховца возвращены в суд первой инстанции на новое рассмотрение. На это время фигуранты дела останутся под стражей до 1 августа, сказала судья. Ранее срок ареста им продлили до 7 сентября, передает "Интерфакс".

Решение о продлении ареста Басманный районный суд Москвы принял еще 2 июня. Предполагалось, что обвиняемые останутся под стражей до сентября.

Напомним, всего в рамках дела о задержании Голунова у Цветного бульвара в Москве в прошлом июне проходят пять бывших оперативников из УВД по ЗАО Москвы. По версии центрального аппарата СК, они сами приобрели и подкинули Голунову наркотики, а после обвинили его в подготовке к их сбыту. Четверо полицейских с января остаются под стражей, а Дениса Коновалова, признавшего вину и давшего показания против своего бывшего начальника Игоря Ляховца, в феврале отпустили под домашний арест, пишет пишет "Новая газета".

Денис Коновалов дал показания на своего начальника и признал вину, рассказав, что подброшенные Голунову наркотики были вещдоками из другого уголовного дела. Коновалов признался, что лично подкинул пакеты в рюкзак журналиста и в его квартиру по указанию Ляховца.

Игорь Ляховец в свою очередь категорически отрицает обвинения и продолжает уверять, что Голунов причастен к хранению наркотиков и оговорил полицейских "с целью избежать привлечения его к уголовной ответственности по особо тяжкой статье". А Уметбаев принес Голунову извинения за рукоприкладство при задержании, объяснил мотивы своих действий тем, что перед ним находится опасный преступник. Экс-полицейский заявил, что не участвовал в подбросе наркотиков Голунову и фальсификации материалов уголовного дела.

15 июля Иван Голунов подал иск на 5 миллионов рублей к задерживавшим его полицейским. Он потребовал от них весь доход за время работы наркополицейскими, поскольку те "лишь создавали видимость" борьбы с наркотиками.