Пресненским районным судом города Москвы избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении Миляева Алексея Александровича, февраль 2021 года
Московский городской суд / ВКонтакте
Пресненским районным судом города Москвы избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении Миляева Алексея Александровича, февраль 2021 года Пресненским районным судом города Москвы удовлетворено ходатайство следователя об избрании в отношении Бендас Ольги Валерьевны, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 (применение насилия в отношении представителя власти) УК РФ меры пресечения в виде заключения под стражу, январь 2021 года
 
 
 
Пресненским районным судом города Москвы избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении Миляева Алексея Александровича, февраль 2021 года
Московский городской суд / ВКонтакте
 
 
 
Пресненским районным судом города Москвы удовлетворено ходатайство следователя об избрании в отношении Бендас Ольги Валерьевны, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 (применение насилия в отношении представителя власти) УК РФ меры пресечения в виде заключения под стражу, январь 2021 года
Московский городской суд / ВКонтакте

В 2021 году суды стали настоящим инструментом запугивания протестующих, пишет издание "Проект" в своем новом расследовании. В сравнении с прошлыми митингами задержанных в шесть раз чаще отправляют под арест и намного реже штрафуют. В десять раз чаще стали арестовывать женщин, а в совокупности за участие в мирных протестах в поддержку Алексея Навального московские суды вынесли митингующим постановлений об арестах как минимум на 18 лет в совокупности.

Как отмечают журналисты, суды без разбора выносят беспрецедентно строгие решения. На митингах этого года задержали больше людей, чем после крупнейших митингов 2017-го и 2019 годов вместе взятых. В этом году в полицейских участках оказались 5,7 тысяч дел участников митингов - в два с лишним раза больше, чем после митингов двухлетней давности, и в шесть раз больше, чем в 2017 году.

Одной из задержанных на митинге 2 февраля стала девушка-инвалид: на судебном заседании 3 февраля судья, по ее словам, ничего про наличие инвалидности не спросила, хотя должна была это сделать. Сама девушка привлекать внимание к протезу не стала, а подсказать, что инвалидность может повлиять на решение судьи, было некому - из-за перегруженности делами адвокаты правозащитных организаций успевали далеко не ко всем.

В итоге за участие в акции протеста девушке присудили пять суток ареста. "Сотрудники отдела полиции потом несколько раз подходили к судье и уговаривали пересмотреть мое дело, говорили, что у меня нет руки, зачем отправлять в спецприемник", - рассказывает она. Мосгорсуд, рассмотрев жалобу девушки, оставил решение суда в силе, хотя она сообщила о своей инвалидности.

Задержанных во время зимних митингов развезли в 121 отдел полиции. Причем сначала людей отправляли в наиболее отдаленные точки, а часть центральных участков пустовала. По мнению проекта "ОВД-Инфо", это делалось намеренно, поскольку адвокаты физически не могут успеть в каждый отдел полиции, тем более в отдаленный.

Еще одна задержанная 2 февраля рассказала, что в ОВД по району Ново-Переделкино у нее конфисковали все личные вещи, включая телефон, не дав позвонить ни родным, ни адвокату. В отделе она провела всю ночь, а утром ее и других задержанных повезли в суд. По ее словам, всех, кто был с ней в отделе, задержали впервые, но приговорили к административному аресту, а не к обычным в таких случаях штрафам.

Тем, кто признавался, что был на митинге, и раскаивался, давали от четырех до шести суток, остальным - по восемь-десять суток. Прямо из зала суда арестованных увезли в изолятор в Сахарово, однако там люди оказались только к шести часам утра на следующий день.

После долгого пребывания в автозаке девушку плохо слушались ноги, и уже в камере, спускаясь со второго этажа кровати, она упала и ударилась пальцами о пол. На рентген ее отвезли лишь через полтора дня - сначала думали, что у девушки просто вывих, потом долго не могли найти конвоира. "Вывих оказался винтообразным переломом со смещением. Мне нужна была срочная госпитализация, чтобы поставить кости на место, но в связи с тем, что у меня был арест, этого не произошло. После рентгена меня отправили обратно в камеру", - рассказывает она. В итоге к моменту освобождения время было упущено, и ей пришлось делать операцию и ставить пластину.

В 2017-м и 2019 годах доля арестованных варьировалась от 9% до 5% соответственно, а большинство отделывалось штрафом. За месяц с начала зимних протестов московские суды отправили в спецприемник каждого третьего человека, проходившего по "митинговой" статье.

Такой резкий рост стал возможен потому, что за одно и то же нарушение судьи могут назначать в качестве наказания штраф или арест по своему усмотрению. Юрист "ОВД-Инфо" Александра Баева отметила, что в этот раз суды часто не учитывали смягчающие обстоятельства - наличие у задержанных маленьких детей, болезни, справки об инвалидности, первое задержание. Московские суды, выносившие одно за другим решения об аресте, не остановило даже то, что спецприемники Москвы оказались переполнены спустя всего несколько дней после начала протестов, и развозить арестованных стало некуда.

Кроме того, московские суды в два раза чаще стали рассматривать дела в отношении женщин. До зимы 2021 года наказание для женщин, задержанных впервые, обычно сводилось к штрафу или минимальному сроку ареста. Теперь тенденция изменилась - многие девушки отбывали сроки наравне с мужчинами. В прошлые годы судьи отправляли под арест не более 5% от числа задержанных женщин - им, как правило, вменяли статью, которая не предусматривает арест (ч. 5 ст. 20.2 КоАП), и отпускали из полицейских участков домой. В этом году им уже предъявляли так называемые арестные статьи, и в итоге в спецприемниках оказались 45% женщин от числа тех, чьи постановления опубликовали суды. При этом доля женщин среди всех арестованных в связи с акциями протеста с 2017 года выросла в пять раз.

Отличительной чертой 2021 года стало и большое количество нарушений в отделениях полиции - туда не пропускали адвокатов, у задержанных отнимали телефоны, заставляли проходить дактилоскопию, угрожая, что в случае отказа суд накажет их строже. Кроме того, довольно большая часть протоколов составлена "под копирку", и из-за этих и иных подобных нарушений судьи вынужденно возвращают материалы дела на доработку обратно в отдел полиции. В итоге задержанные могут все же отделаться штрафом: по мнению правозащитников, здесь все зависит от судей, соблюдающих хотя бы формальные приличия.

Часто судьи и сами копируют в постановлениях ошибки из протоколов и рапортов, составленных полицейскими. Так, изучая постановления московских судов, "Проект" обнаружил в нескольких десятках решений Измайловского суда слова о том, что тот или иной задержанный "находился в составе группы из 500 тысяч человек". Хотя в январских акциях принимали участие несколько десятков тысяч человек.

О том, как поменялось отношение власти к протестам, говорят суммарные цифры - общее число суток, на которые осуждены все протестующие, и общая сумма штрафов, которые они должны заплатить. В 2021 году участники митингов провели под арестом в общей сложности как минимум 6 736 суток (больше 18 лет) - это почти в пять раз дольше, чем после акций прошлых лет. А вот общая сумма штрафов, которая в скором времени окажется в государственной казне, составляет лишь немногим больше 6 млн рублей. Это незначительная цифра на фоне, например, 2019 года, когда в сумме граждане заплатили больше 15 млн рублей, но им почти не присуждали арест.