Reuters

12 августа исполнилось пять лет плану урегулирования грузино-югоосетинского конфликта. Тогдашние президенты России и Франции Дмитрий Медведев и Николя Саркози согласовали его в Москве. В тот же день вечером Саркози привез документ в Тбилиси, где под ним подписался грузинский лидер Михаил Саакашвили.

Теперь, спустя пять лет, президента Грузии требуют предать суду в качестве обвиняемого в измене родине. Активисты объединения "Национальный фронт" провели в понедельник акцию протеста у резиденции Саакашвили, где сожгли его фотографию и копию соглашения, которое они назвали "предательским и капитулянтским", передает "Новости-Грузия".

- Итоги "горячего августа": создан прецедент, грозящий дальнейшим "распадом СССР"

По словам одного из лидеров объединения Евгения Микеладзе, глава государства должен быть осужден, поскольку фактически подписался под отделением Абхазии и Южной Осетии: обязался вывести оттуда войска и "отказался от возвращения этих регионов силой". "Саакашвили и в голову не пришло упразднить Московское соглашение 1994 года и снять статус миротворцев с российских подразделений", - говорится в заявлении националистов.

Новое правительство Грузии во главе с Бидзиной Иванишвили не ведет той воинственной риторики, которая звучит со стороны президента. Заявляя, что обе "оккупированные" республики должны быть возвращены, оно настаивает, что это должно произойти исключительно мирным путем.

Более того, Иванишвили возлагает вину за тот конфликт не только на Россию, как это делает Саакашвили, но и на Грузию, за что получает от последнего обвинения в предательстве и "сговоре с врагом" в лице России.

Итоги "горячего августа": создан прецедент, грозящий дальнейшим "распадом СССР"

Разбираясь в последствиях августовского конфликта 2008 года, аналитик американского Центра стратегических и международных исследований Сергей Маркедонов не исключил дальнейшего "распада" на постсоветском пространстве. Признание Россией независимости Абхазии и Южной Осетии по сути нарушило один из важнейших принципов, зафиксированных в Беловежском соглашении 1991 года - нерушимость границ между бывшими союзными республиками, пишет он в журнале Forbes.

По его мысли, Россия тогда повести себя иначе, кроме как вмешаться в грузино-осетинский конфликт: "отказ от ответа на грузинские попытки силового разрешения проблем Южной Осетии для Москвы был бы равносилен не просто демонстрации слабости, но и чреват обострением ситуации на Северном Кавказе". Но этот шаг создал для России новые риски.

Формально-правовое нарушение беловежских принципов нерушимости границ создает прецедент. Никто не даст гарантий, что завтра он не окажется востребованным различными политическими силами, как внутри России, так и за ее пределами, рассуждает эксперт. Он констатирует: объявление независимости (в 1991 году) оказалось намного более легким делом, чем качественное государственное строительство.

Кроме того, августовская война впервые после распада СССР сделала территорию бывшего главного оппонента Запада предметом особого внимания. Вплоть до сегодняшнего дня Москва и Вашингтон не достигли по этой проблеме компромисса. Военная победа над Грузией, а также признание независимости двух республик рассматриваются американскими политиками как стремление Москвы к наращиванию своего присутствия в Евразии и попытка восстановления "имперского проекта".