В лечебно-исправительном учреждении № 1 наблюдатели обнаружили и сфотографировали деревянную биту с циничными надписями: "Успокоительное", "Анальгин", "Средство от геморроя", "Путевка на Луну и в Сочи", "Прокурор" и "Адвокат"
investigation.ru
В лечебно-исправительном учреждении № 1 наблюдатели обнаружили и сфотографировали деревянную биту с циничными надписями: "Успокоительное", "Анальгин", "Средство от геморроя", "Путевка на Луну и в Сочи", "Прокурор" и "Адвокат"
 
 
 
В лечебно-исправительном учреждении № 1 наблюдатели обнаружили и сфотографировали деревянную биту с циничными надписями: "Успокоительное", "Анальгин", "Средство от геморроя", "Путевка на Луну и в Сочи", "Прокурор" и "Адвокат"
investigation.ru

В республике Татарстан работники Федеральной службы исполнения наказаний задержали двух правозащитников после посещения одной из исправительных колоний. Причем активистов ловили как опасных преступников - с собаками и автоматическим оружием. Это стало очередным эпизодом затяжного конфликта, который возник после того, как правозащитники рассказали прессе о бейсбольной бите с нанесенными на нее надписями-"заклинаниями". Она была обнаружена у сотрудников ФСИН и, как предполагают гражданские активисты, использовалась для пыток.

В четверг сотрудники ФСИН Татарстана задержали членов общественной наблюдательной комиссии (ОНК) по контролю за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания Владимира Рубашного и Германа Алеткина. Это произошло уже после того, как правозащитники покинули территорию исправительной колонии номер 2, передает РИА "Новости" со ссылкой на республиканское управление ФСИН.

По информации правозащитников, во время посещения Рубашным и Алеткиным колонии к ним поступила информация, что в штрафном изоляторе (ШИЗО) в двух камерах якобы содержатся избитые осужденные. Проверить эти сведения не удалось, так как в ШИЗО наблюдателей не пустили.

После выхода из колонии члены ОНК отошли на расстояние около 50 метров и стали записывать на видеокамеру комментарий к своему посещению, рассказал председатель Казанского правозащитного центра Игорь Шолохов. К ним подошли сотрудники колонии и попросили отойти еще дальше. По первому требованию члены ОНК ушли еще метров на 30, где продолжили запись видео.

После этого, как утверждает Шолохов, Рубашный и Алеткин направились к остановке общественного транспорта, в это время они услышали сзади окрики с требованием немедленно остановиться и увидели, что на них бегут вооруженные люди в камуфляжной форме с автоматами и собаками.

В пенитенциарном ведомстве подтвердили факт задержания. "Отделом охраны ИК-2 задержаны граждане, проводившие фотосъемку режимной территории учреждения, - говорится в сообщении управления ФСИН. - В соответствии с действующим законодательством сотрудники отдела охраны задержали нарушителей и передали их вызванному наряду полиции".

Задержанные представили документы, удостоверяющие, что они являются членами ОНК республики Татарстан по общественному контролю за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и содействия лицам, находящимся в местах принудительного содержания. Однако от ответственности это не освобождает, отметили во ФСИН.

Согласно статье 24 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, кино-, фото- и видеосъемка объектов, обеспечивающих безопасность и охрану осужденных, осуществляется с разрешения в письменной форме администрации учреждения или органа, исполняющего наказания.

"Сакральная" бита поссорила правозащитников и чиновников

Правозащитники Татарстана отмечают, что их практически перестали пускать в колонии. За последние десять дней члены ОНК столкнулись с проблемами при посещении сразу трех учреждений ФСИН. Где-то им вообще запрещали проход на территорию, а в других местах на наблюдателей составлялись протоколы в связи с обнаружением у них запрещенных предметов.

Причины этой "неприязни" со стороны властных структур правозащитники видят в недавнем скандале, произошедшем после посещения лечебно-исправительного учреждения номер 1 (ЛИУ-1) в Нижнекамске для больных открытой формой туберкулеза. Тогда наблюдатели обнаружили и сфотографировали деревянную биту с циничными надписями: "Успокоительное", "Анальгин", "Средство от геморроя", "Путевка на Луну и в Сочи", "Прокурор" и "Адвокат".

По предположению правозащитников с помощью этой биты надзиратели могли подвергать осужденных истязаниям. Они призвали власти провести расследование, тем более что администрация тюремной больницы вразумительного ответа на вопрос о предназначении биты не дала.

Когда разразился скандал, а о существовании биты узнали даже зарубежные журналисты, пенитенциарное ведомство распространило ответное заявление. В нем утверждалось, что бита с "магическими" надписями - это всего лишь "прикольный сувенир", который изготовил для тюремного магазина один из заключенных.

Правда, в ведомстве отнеслись к "прикольному сувениру" вполне серьезно и поспешили избавиться от предмета, вызывающего столько вопросов. По данным ФСИН, биту у заключенного изъяли, составив при этом соответствующий акт. Уже на следующий день, 26 июля, таинственный "сувенир" сожгли в котельной.

В связи с произошедшим руководство управления ФСИН выразило "недоумение попыткам отдельных членов общественной наблюдательной комиссии Татарстана повлиять на общественное мнение и дискредитировать УФСИН по республике".

Позже в СМИ появилась информация, что Нижнекамская прокуратура по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Татарстана не нашла нарушений в хранении злополучной биты в ЛИУ.

Зато в ведомстве заинтересовались нарушениями, якобы допущенными самими правозащитниками. 7 августа из прокуратуры Владимиру Рубашному пришел перечень вопросов "в рамках материалов проверки о допущенных нарушениях при проведении общественного контроля на территории ЛИУ номер 1. Прокурор попросил правозащитника "предоставить письменные объяснения факсимильной связью", писало издание "Особая буква".

В письме исполняющий обязанности прокурора Юрий Васильев интересуется, "каковы цели и основания проведенного на территории ЛИУ-1 (Нижнекамск) общественного контроля", а также ставит вопросы, из которых следует, что у прокуратуры вдруг возникли сомнения в законности визита правозащитников в исправительное учреждение.