Почти два миллиона таджиков трудоспособного возраста - то есть треть населения страны - покинули Таджикистан. Почти все они уехали в Россию, чтобы найти там работу и заработать
НТВ
Почти два миллиона таджиков трудоспособного возраста - то есть треть населения страны - покинули Таджикистан. Почти все они уехали в Россию, чтобы найти там работу и заработать Местные женщины вынуждены приспосабливаться к сложившейся ситуации
 
 
 
Почти два миллиона таджиков трудоспособного возраста - то есть треть населения страны - покинули Таджикистан. Почти все они уехали в Россию, чтобы найти там работу и заработать
НТВ
 
 
 
Местные женщины вынуждены приспосабливаться к сложившейся ситуации
НТВ

Почти два миллиона таджиков трудоспособного возраста - то есть треть населения страны - покинули Таджикистан. Почти все они уехали в Россию, чтобы найти там работу и заработать. Жены вынуждены обходиться без них.

Однако денег, заработанных мужьями, большинство женщин - жительниц Нового Дарбанда - не получают. Как и у многих в этих местах, у них много детей, а мужей нет. Их мужья, братья, дяди и старшие сыновья уехали в Россию. Это только одно несчастье, выпавшее на их долю. Другое - это сам Новый Дарбанд, пишет Berliner Zeitung (Полный текст на сайте Inopressa.ru.)

Раньше семьями они жили в местечке на реке Вахш, исток которой расположен в горах Памира. В середине 1970-х, когда Таджикистан еще входил в состав Советского Союза, московские власти решили, что река больше не должна течь бесцельно. Энергетики решили строить плотину для подъема воды. Пригнали экскаваторы, скалы взорвали, и на месте небольшой долины выросла бетонная плотина.

В начале 1980-х годов жители района были вынуждены переехать в другой поселок - Новый Дарбанд, который был спроектирован и построен в 100 километрах от прежнего поселка на месте с каменистой почвой и скупой растительностью. В Новом Дарбанде нет ни рынка, ни церкви, ни дома культуры, ни общинного центра. Больница и школа закрыты. Постоянно случаются сбои в электросети. Из кранов течет вода желтоватого цвета, пишет газета.

Местные женщины вынуждены приспосабливаться к сложившейся ситуации. Муж Гульрафтар Абдуловой уехал в Россию несколько лет назад. "Там он не только спился, но и женился на другой женщине", - рассказывает она. Фарогат Ямалова безрезультатно уже восемь лет ждет известий из России. Мукаддас Курбонова год назад отправила своего старшего сына в Москву, чтобы тот разыскал ее благоверного. С того времени пропал и сын. И только Маодат Саидова регулярно видит супруга: сразу после свадьбы 10 лет назад ее муж уехал в Россию, с того времени он каждый год зимой приезжает домой, и у них родились уже девять детей.

Все эти женщины участвуют в проекте по микрокредитованию организации "Всемирная германская помощь голодающим" (Deutschen Welthungerhilfe beteiligt). Организация выделяет 2 тысяч долларов в кредит, которые участница инвестирует в бизнес и зарабатывает капитал. От прибыли она ежемесячно отчисляет определенную сумму на погашение кредита. Когда кредит погашен, то все, что она зарабатывает, остается при ней, и воспользоваться кредитом может другая соискательница. Список желающих длинный, идея сама по себе хорошая, но ее воплощение имеет подводные камни, пишет Berliner Zeitung.

Бибихан Замонова - кредитный ветеран. На выделенные деньги она купила корову и продавала часть молока деревенским жителям. В настоящее время задолженности у нее нет, как, впрочем, нет и коровы: еще не "отработав" кредит, корова умерла. И теперь женщина снова значится в списке желающих получить кредит. Бизнес Явхар Шокирововй продержался дольше. Она арендовала машину и открыла магазинчик. Один раз в неделю ее сын-подросток ездит в Душанбе, покупает на рынке консервы, растворимый кофе и пирожные, которые в деревне они продают с небольшой наценкой. Однако количество денег, которые жители деревни могут потратить на растворимый кофе и пирожные, весьма ограничено.

Но все же большинство женщин надеются на то, что уехавшие мужья все-таки вышлют им деньги. Никто из них не говорит о супруге ничего плохого. "Нашим мужьям тоже нелегко вдали от дома", - сказала Бибихан Замонова. "У них нет документов, они все время спасаются бегством от русских милиционеров", - жалуется другая женщина. "После террористических атак русские всех стригут под одну гребенку, всех - чеченцев, киргизов, узбеков и таджиков", - ругается третья. "Если их убивают, то русские говорят: на одного меньше! - возмущается Александра Мясникова. - Большинство из нас увидит своих мужей снова только в гробу".

"Раньше, - говорят женщины, - все было лучше". По их словам, все несчастья начались после провозглашения независимости 9 сентября 1991 года, когда республика Таджикистан отделилась от Советского Союза. После 1979 года, когда русские ввели войска в Афганистан, в эту республику, граничащую с Афганистаном, были вложены немалые средства. Таджикам тогда жилось лучше, чем русским в России. Однако после провозглашения независимости денежный поток из Москвы иссяк. На Таджикистан обрушилась катастрофическая засуха. В результате кровавой войны к власти пришел новый клан во главе с бывшим председателем колхоза Эмомали Рахмоновым.

Если бы в 1997 году состоялся референдум, большинство таджиков проголосовали бы за воссоединение с Россией, пишет издание. Но референдума не было. Демократия и рыночная экономика были закреплены, по крайней мере, на бумаге: цены на мясо выросли на 270%, на пшеничную муку - на 220%, на электричество - на 150%, а на водоснабжение - на 400%. Если раньше медицинское обслуживание и образование было бесплатным, то это сегодня стоит немалых денег. Старые рабочие места исчезли из-за непродуктивности, а новых мест не возникло. Это и вынуждает многих таджиков уезжать на заработки.