Статья 5 Устава НАТО потенциально грозит РФ коллективным вооруженным ответом за действия хакеров, но применяют ее крайне редко
 
Статья 5 Устава НАТО потенциально грозит РФ коллективным вооруженным ответом за действия хакеров, но применяют ее крайне редко
Global Look Press

Статья 5 Устава Северо-Атлантического Альянса, о которой уже неоднократно упоминал генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг, говоря, что в случае широкомасштабных кибернападений Альянс может задействовать эту статью для защиты пострадавшей страны - члена НАТО, подразумевает коллективную реакцию в ответ на нападение на одну из стран организации. Вплоть до использования вооруженных сил.

Статья 5 Устава Организации Североатлантического Договора, принятого 4 апреля 1949 года в Вашингтоне, округ Колумбия, гласит, что для защиты свободы, общего наследия и цивилизации своих народов стороны соглашаются с тем, что
"вооруженное нападение на одну или нескольких из них в Европе или Северной Америке будет рассматриваться как нападение на них в целом, и в случае если подобное вооруженное нападение будет иметь место, каждая из них, в порядке осуществления права на индивидуальную или коллективную самооборону, признаваемого Статьей 51-й Устава Организации Объединенных Наций, окажет помощь Договаривающейся стороне, подвергшейся, или Договаривающимся сторонам, подвергшимся подобному нападению, путем немедленного осуществления такого индивидуального или совместного действия, которое сочтет необходимым, включая применение вооруженной силы с целью восстановления и последующего сохранения безопасности Североатлантического региона".

Правда, вначале необходимо о предполагаемом нападении сообщить в Совет Безопасности, который созовет экстренное заседание, где и будет решаться, какие меры необходимо принять "для восстановления и сохранения международного мира и безопасности".

К тому же у каждой страны есть свое понимание "необходимых действий", а также право не принимать участие в этих ответных действиях.

Таким образом, статья 5 не является гарантией немедленного совместного ответа стран НАТО на какое-либо агрессивное вмешательство.

Кроме того, в статье 6-1 Устава НАТО сказано, что в целях статьи 5-й считается, что вооруженное нападение на одну или несколько Договаривающихся сторон включает в себя вооруженное нападение на
вооруженные силы, суда или летательные аппараты, если они находились на территории любой из Договаривающихся сторон, или над ними, или в другом районе Европы, или над ним...

В Уставе, принятом в 1949 году, разумеется, нет упоминаний о "киберугрозах" или "гибридных атаках", но страны-члены Альянса уже договорились считать, что "гибридные атаки" в отношении стран НАТО (враждебные действия, когда атакующая сторона не прибегает к классическому вторжению, а задействует подрывные операции, кибератаки и саботаж на территории противника - прим.ред.) могут привести к задействованию 5-й статьи Вашингтонского договора.

В декабре 2015 года генсек НАТО Йенс Столтенберг после заседания Североатлантического совета на уровне министров иностранных дел заявил, что "стратегия борьбы с гибридными угрозами базируется на трех основах - на готовности, на сдерживании и на защите. Поскольку гибридная угроза включает в себя много разнообразных угроз, необходимо большое количество возможностей для защиты... Мы решили, что гибридные атаки могут привести в действие пятую статью (договора)".

5 статья применялась только один раз - в ответ на 9/11

На сегодня применение статьи 5 остается маловероятным действием со стороны стран - членов НАТО. Это подтверждается и историей Альянса. Данная статья использовалась лишь один раз, в связи с атаками 11 сентября 2001 года - серии четырех террористических актов, во время которых были разрушены башни Всемирного торгового центра в Нью-Йорке и часть здания Пентагона.

Когда эта главная статья Вашингтонского договора впервые была применена, европейские союзники моментально предложили Вашингтону свою поддержку.

Оказание помощи союзнику, подвергшемуся нападению, является обязательным, однако формулировка договора позволяла союзникам самим определять характер своих ответных мер. Но после атак 11 сентября 14 из 19 стран - членов НАТО направили свои воинские контингенты в Афганистан, где базировались взявшие ответственность за теракты. Уже в октябре была начата военная операция.

В соответствии с 5-й статьей 4 октября 2001 года государства НАТО приняли решение о поддержке США в их борьбе против международного терроризма. Главными в этой поддержке стали международные силы содействия безопасности ISAF (International Security Assistance Force), созданные по решению Совета Безопасности ООН (резолюция 1386 от 20 декабря 2001 года).

Использование самолетов в качестве оружия принципиально отличалось от обычных военных действий и "привычных" актов терроризма. Подобные "асимметричные боевые действия" с трудом подпадали под применение статьи 5 в том виде, в каком это было предусмотрено составителями Вашингтонского договора. Однако они были признаны новым типом "вооруженного нападения".

Руководство Альянса в 2001 году приняло решение, создавшее прецедент, который направил Североатлантический союз по новому курсу. Применение статьи 5 дало толчок трансформации НАТО, были созданы Силы быстрого реагирования.

Напомним, что в дальнейшем руководство НАТО довольно часто одергивало союзников от попыток вновь применить данную статью. Летом 2002 года в разгар конфликта между Испанией и Марокко, когда группа военнослужащих вооруженных сил Марокко захватила небольшой необитаемый остров Перехиль в 4 км от испанского полуанклава Сеута на северном побережье Марокко, в НАТО заявили, что не намерены вмешиваться в этот спор на основании 5-й статьи устава альянса.

Летом 2012 года страны НАТО не стали принимать военные меры против Дамаска из-за инцидента со сбитым Сирией турецким самолетом-разведчиком RF-4E. По итогам внепланового заседания в Брюсселе Североатлантического совета на уровне послов 28 государств-союзников генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен объявил, что в этом случае не будет применена 5-я статья Вашингтонского договора о коллективной безопасности, предусматривающая общий военный ответ на агрессивные действия против одной из стран НАТО. Страны альянса ограничились осуждением поступка сирийской ПВО.