Пастор из американского города Грейсвилл (штат Флорида) Терри Джонс в очередной раз публично сжег несколько экземпляров Корана и изображений пророка Мухаммеда
 
Пастор из американского города Грейсвилл (штат Флорида) Терри Джонс в очередной раз публично сжег несколько экземпляров Корана и изображений пророка Мухаммеда
Global Look Press

Пастор из американского города Грейсвилл (штат Флорида) Терри Джонс в очередной раз публично сжег несколько экземпляров Корана и изображений пророка Мухаммеда. Об этом сообщили местные СМИ.

Ранее пастор уже проводил аналогичные акции, спровоцировав массовые выступления мусульман.

Акция пастора, проведенная в субботу, 28 апреля, повлекла за собой немедленные штрафные санкции, но не за разжигание религиозной ненависти, а за нарушение правил пожарной безопасности, передает ИТАР-ТАСС. По информации прессы, приходу был выписан штраф на 271 доллар.

По словам самого пастора, в этот раз на проведение акции его толкнуло решение властей Ирака приговорить к смертной казни протестантского священника Юсефа Надархани, осужденного за отречение от ислама.

Надархани содержится под стражей уже три года, в течение которых ему неоднократно предлагалось отречься от христианской веры. Однако священник отказался, в связи с чем был приговорен к смертной казни.

Пастор Джонс неоднократно публично сжигал священную для мусульман книгу.

Наибольший резонанс вызвал его "показательный суд" над Кораном, совершенный в марте прошлого года. Поступок священника спровоцировал массовые выступления радикальных сторонников ислама в Афганистане, которые привели к гибели более 100 человек.

Среди погибших оказались также сотрудники миссии ООН, которых растерзала разъяренная толпа.

После этого Терри Джонс на некоторое время выпал из поля зрения СМИ. Однако к осени пастор вновь напомнил о себе.

Очередную акцию сожжения Корана он намеревался устроить в десятую годовщину терактов 11 сентября 2001 года, но под давлением общественности отказался от этой затеи.

В октябре он заявил о намерении бороться за президентское кресло, однако его слова не были восприняты всерьез.