Reuters
 
 
 

"Вся наша внешняя политика - "элитная", движимая соображениями и интересами узкой элиты, а американская часто - ровно наоборот. Она почти целиком идет "снизу", от граждан к элите", - рассказывает экономист в "Живом журнале".

"Значительная часть американской внешней политики, что при Рейгане, что при Буше, что при Клинтоне, что при Буше-мл., что при Обаме, что при Трампе устроена по следующей простой схеме. Не вся внешняя политика устроена так, но важная часть. Где-то происходит гражданская война, мор и геноцид, до которой американским гражданам нет никакого дела. Американскому президенту и его ближайшим советникам, 100% которых занимаются внутренней политикой, нет до этого никакого дела.

Есть дело кому-то в администрации и в госдепартаменте, но это человек совсем не того уровня, чтобы иметь влияние на график, повестку и т.п."

"В некоторый момент эта гражданская война и геноцид в отдаленной точке планеты достигают такого количества жертв, что это становится интересным простым американцам (обычно позже, чем простым европейцам). Газеты и телеканалы начинают соревноваться в репортажах из горячих точек, кадрами с обугленными телами и дрожащими детьми.

В этот момент просыпается американский президент - потому что в этот момент его ближайшие советники, специалисты по внутренней политике, начинают интересоваться темой - потому что ей интересуются избиратели (в Америке избирательная кампания в последние десятилетия идет, можно считать, непрерывно). Американские президенты, посылая авианосцы к ливанским берегам, бомбя сербскую инфраструктуру, ставя условия Каддафи и Асаду, реагируют не на их действия и не на действия других больших странах, а на возмущение, которое охватывает американцев.

"Доктрина Обамы", четко сформулированная им в московской речи 2009 года, состояла в том, чтобы вмешиваться в дела других стран как можно меньше. Обаме не было дела до Ливии и Сирии, пока там не начались гражданские войны в результате "арабской весны". Режимы Каддафи и Башара Асада его устраивали. Они устраивали Обаму даже тогда, когда гражданские войны начались.

Тридцать лет назад они бы устраивали его даже тогда, когда Каддафи и Асад стали побеждать в своих войнах и стало ясно, что сейчас наступит стадия вырезания остатков оппозиции. Потому что тридцать лет назад не было всемирных телеканалов и Хафез Асад убивал оппозицию не на глазах у телезрителей. А если бы Башар Асад убил бы двести тысяч человек химическим оружием (что, я уверен, остановило бы гражданскую войну), то это бы увидели во всем мире.

И вот это - не само по себе, а потому что трупы на телеэкранах возмутили бы американцев - заставило Обаму, не хотевшего вмешиваться и прекрасно представлявшего себе последствия - что гражданскую войну так можно только притушить, но не остановить, - вмешаться.

Не будем обсуждать, хороша устроенная так внешняя политика или плоха. Конечно, в "элитной" политике есть свои плюсы - хотя бы в теории, решения принимаются более информированными субъектами. Просто надо понимать, что значительная часть американской внешней политики - не элитная.

Какой из этого практический вывод? С Трампом, нынешним президентом США, невозможно договориться, что Асад - это "наша", российская забота. Трамп, конечно, еще меньше, чем Обама (который меньше, чем все президенты предыдущие лет за шестьдесят), интересуется внешней политикой. Из этого следует, что он может терпеть деятельность Асада чуть больше. Ровно столько, сколько этого не замечают американские телезрители. Трамп не замечает чуть дольше, чем не замечал бы Обама. Зато, как я и предсказывал, отреагировав, реагирует резче. Стоило Асаду применить химическое оружие всерьез - все, этим заполнены все центральные телеканалы, от тех, кто с Трампом фактически воюет, до тех, кто Трампа фактически целиком поддерживает.

И, конечно, он тут же реагирует - в соответствии с описанной мной простой схемой. Сегодня - жестким выступлением, а если деятельность Асада продолжится, то и односторонними военными действиями".