Вышла книга Ирины Сироткиной "Классики и психиатры", в которой объясняется, почему врачебная экспертиза признала Пушкина психопатом, Льва Толстого - неврастеником, а Достоевского - истериком
 
Вышла книга Ирины Сироткиной "Классики и психиатры", в которой объясняется, почему врачебная экспертиза признала Пушкина психопатом, Льва Толстого - неврастеником, а Достоевского - истериком
moscowbooks.ru

Вышла книга Ирины Сироткиной "Классики и психиатры", в которой объясняется, почему врачебная экспертиза признала Пушкина психопатом, Льва Толстого - неврастеником, а Достоевского - истериком. Это собрание увлекательных этюдов о русских писателях, ставших любимцами психиатрических исследований, пишут "Ведомости".

В книге приводятся диагнозы, которые ставили Гоголю, Достоевскому и даже Пушкину. Александр Сергеевич неизменно признавался образцом душевной гармонии. Пока в 1925 году не был опубликован труд марксиста и психиатра Минца, объявляющего Пушкина психопатом. Вскоре в другом исследовании поэт был назван "болезненным эротоманом", страдающим "гипертрофированным развитием половых желез". Все эти крайности были хорошо подготовлены предыдущей историей изучения психиатрами русской литературы.

Как показывает исследовательница, в конце ХIХ века юная российская психиатрия участвовала в литературных дебатах в основном для того, чтобы ускорить свою институциализацию и добиться признания как в профессиональных, так и в широких общественных слоях. Ведь статус профессиональных медиков психиатры обрели далеко не сразу.

Публично ставя диагноз Пушкину или Толстому, да к тому же в литературоцентричной России, психиатры повышали свой общественный вес. Процесс продвигался так успешно, что, когда маститый врач Владимир Сигалин предложил в 1920-е годы организовать "институт гениальности", в реальности - морг, в котором можно будет изучать мозг и тела умерших гениев, идея получила самые положительные отклики. Однако проект так и не был реализован.

Книга Ирины Сироткиной замечательна не только обзором рассуждений психиатров о душевном здоровье писателей, но и яркими портретами врачей, ставивших гениям диагнозы, - экспериментировавшего с наркотиками Владимира Чижа, гуманиста Николая Баженова, "философа" Николая Осипова.

Напомним, тему "больной гений" открыл труд туринского профессора Цезаря Ломброзо "Гениальность и помешательство" (1863). Ломброзо указал на связь между душевной болезнью и талантом и утверждал, что преступные наклонности передаются по наследству.

Ученый специально отправился в Ясную Поляну, чтобы подтвердить свои идеи: он не сомневался, что Лев Толстой - его "пациент". Однако Лев Николаевич, к тому времени почти 70-летний старец, предложил гостю искупаться, быстро обогнал его, а когда они вышли на берег и Ломброзо выразил изумление физической силой писателя, тот в ответ протянул руку, оторвал его от земли и "поднял вверх, как щенка".

После этого Ломброзо признал автора "Войны и мира" человеком отменного душевного здоровья, однако популярности его теорий это не уменьшило, у Ломброзо было множество последователей, в том числе в России.