В России судья выносит оправдательный приговор один раз в "семилетку"
 
В России судья выносит оправдательный приговор один раз в "семилетку"
Архив NEWSru.com

Институт проблем правоприменения (ИПП) опубликовал доклад "Диагностика работы судебной системы в сфере уголовного судопроизводства и предложения по ее реформированию", в котором проанализирована статистика работы российских служителей Фемиды. Авторы пришли к выводу, что в среднем судья районного суда выносит один оправдательный приговор за семилетний период. За это же время он успевает рассмотреть около 500 уголовных дел.

Всего в России работает чуть меньше 34 тысяч судей, а также около 83 тысяч сотрудников аппаратов судов.

Мировые судьи составляют примерно 25% судейского корпуса, районные - 60,2%, судьи областных судов и приравненных к ним - 14,8%. При этом мировые судьи рассматривают почти две трети дел и материалов (в среднем 72 уголовных дела на судью в год), судья районного суда - 70 дел, судья суда субъекта федерации - девять дел в год.

57,2% от всех уголовных дел рассматривается в особом порядке (без проверки доказательств виновности в судебном заседании).

В среднем судья, работающий по уголовным делам, выносит за семь лет около 500 обвинительных и лишь один оправдательный приговор.

Доля оправданных (ИПП опирается на данные 2013 года) составила 0,2% по делам публичного обвинения (это более 91% всех дел) и 20% по делам частного обвинения (в среднем 2% по всем уголовным делам).

При этом доля оправдательных приговоров в судах присяжных составила 13%. Но в таком формате проходит лишь одно разбирательство из тысячи (0,1%).

Отметим также, что с 2010 года наблюдается неуклонное снижение количества подсудимых, в судьбе которых принимают участие присяжные. Число таких судебных процессов уменьшилось примерно вдвое. Это связано с принятием Федерального закона N433 от 29 декабря 2010 года, который значительно сократил подсудность дел региональным судам. Затем в 2014 году лишились возможности ходатайствовать о суде присяжных несовершеннолетние и мужчины, достигшие 65-летнего возраста. А право женщин на суд присяжных Конституционный суд РФ подтвердил лишь недавно, в своем постановлении от 25 февраля 2016 года.

Далеко не все уголовные дела, по которым обвиняемые не оправданы, заканчиваются для них лишением свободы. Часть дел закрывается по нереабилитирующим основаниям. По другим назначается наказание, не связанное с лишением свободы: такое наказание российские судьи стали назначать значительно чаще (в 45% случаев в 2013 году по сравнению с 29,4% в 2009 году).

Российские судьи знают, что оправдательные приговоры в большей степени подвергают сомнению качество их работы в глазах профессионального сообщества. Так, обвинительный приговор будет отменен или изменен с вероятностью около 3%, а оправдательный - с вероятностью около 30%.

Судьи также предпочитают "не перечить" органам следствия в вопросах выбора меры пресечения. В 2014 году суды отклонили лишь 8,3% ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и лишь 1,2% ходатайств о продлении такой меры.

Кроме того, суды удовлетворили 89,1% ходатайств о наложении ареста на имущество, 97,1% ходатайств о производстве обысков и осмотров жилища, 97,7% ходатайств о производстве личного обыска, по 97,8% ходатайств о выемке корреспонденции и прослушивании телефонных переговоров, 98,3% ходатайств о получении информации о банковских вкладах, 99,6% ходатайств, связанных с нарушением неприкосновенности жилища.

Ходатайства "об ограничении конституционных прав граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи", удовлетворяются судами в 99,9% случаев. В абсолютных цифрах это означает, что на 513 278 таких ходатайств следователи и дознаватели получили в 2014 году 432 отказа.

Простых работяг и безработных судят охотнее всего

57,2 процента подсудимых в 2013 году составили безработные. Другими значительными категориями, представленными на скамье подсудимых, стали рабочие (23,4%) и подростки (5,7%). Реже всего перед судом представали сотрудники правоохранительных органов и заключенные (по 0,3%), а также чиновники (0,7%).

Ежегодно в России регистрируется около 12 миллионов сообщений о преступлениях. Они служат основанием для возбуждения двух миллионов уголовных дел, из которых 900 тысяч доходят до суда.

Следственные органы, с одной стороны, заинтересованы в передаче материалов в суд, так как результат судебного разбирательства влияет на оценку работы сыщиков и полиции. Однако при этом силовикам выгоден именно обвинительный приговор. По этой причине в суд, как правило, отправляют уголовные дела со стандартным набором доказательств, включающих признательные показания обвиняемого.

Исследование материалов уголовных дел показывает, что подавляющее большинство фактов становится известно следователю или дознавателю еще до возбуждения уголовного дела. А обвиняемыми, как правило, становятся лица с невысоким социальным статусом.

"Эти факты объясняются не только структурой преступности, но и механикой работы правоохранительных органов, которым при прочих равных гораздо удобнее направлять в суд именно такие дела, - подчеркивают авторы доклада. - В результате в суд поступают преимущественно дела, которые содержат признание обвиняемого, с простой фабулой и в отношении представителей низших классов. Это является важной предпосылкой развития обвинительного уклона".

Адвокаты "по назначению"

Важную роль в формировании обвинительного уклона правосудия играет и адвокатура. Практика показывает, что подавляющем большинстве дел адвокаты назначаются в порядке, предусмотренном ст. 51 УПК, то есть работают за вознаграждение, предоставляемое государством. Это связано с низким уровнем материального достатка обвиняемого, который не может самостоятельно оплатить услуги защитника.

На досудебной стадии такие адвокаты "по назначению" сильно зависят от следователя или дознавателя. Неформально (но не нарушая закон напрямую) следователь может повлиять на то, какой адвокат будет направлен к конкретному подозреваемому или для проведения конкретного следственного действия. Соответственно, некооперативное поведение конкретного адвоката сильно снижает его шансы быть приглашенным вновь и ограничивает его доступ к этому источнику доходов (а он может играть существенную роль в бюджете адвоката, особенно за пределами крупных городов).

Кроме того, социологические опросы свидетельствуют, что следователи и судьи считают доказательства, предоставленные стороной защиты, наименее убедительными из всех.

В случае конфликта между стороной защиты и обвинения на досудебной стадии суды практически всегда поддерживают сторону обвинения. Так, из поданных в 2014 году 130 648 жалоб на действия должностных лиц, осуществляющих досудебное производство по уголовным делам, суды удовлетворили лишь 6,8%.

Слабость позиции защиты проявляется и на судебной стадии. С одной стороны, это структурная слабость - судья сначала знакомится с материалами уголовного дела, полностью подготовленным обвинительным заключением, в котором дается цельная картина. Таким образом, защитник должен не просто представить свои доказательства, но разрушить цельную картину, уже сформированную стороной обвинения.

В начале нулевых годов XXI века годов после принятия нового УПК были попытки изменить способ представления обвинительного заключения, однако достаточно быстро был возвращен существующий ныне формат - в обвинительном заключении не просто перечисляются доказательства, но дается цельное описание всей картины преступления.

"Удивителен не обвинительный уклон в российской судебной системе, а то, что суды все же выносят какое-то количество оправдательных приговоров", - делают вывод авторы доклада. Причем корни проблемы следует искать еще в судопроизводстве времен СССР.

"Очень плотная связка между разными правоохранительными органами в советское время, в число которых входил и суд, обеспечила копирование практик работы на все более низкие и низкие уровни. Практическое восприятие отмены любого решения как "брака" что в следствии, что в суде лишала правоохранительные органы встроенных систем исправления ошибок. Одновременно она создала модель, в которой каждый последующий, начиная со следователя или дознавателя, попросту берет на себя ответственность за работу предыдущего звена, подразумевая, что вся основная работа уже проделана", - считают эксперты.

Однако именно суд в современной конструкции российского уголовного процесса является тем звеном, с которого можно начинать разрыв этой цепочки.

Судьи "прислушиваются" к мнению начальства

Более половины судей являются "пришельцами" из других ведомств, прежде всего силовых и надзорных. 26,8 процента судей ранее работали в прокуратуре, 9,1% - в правоохранительных органах, 20,3 - в органах следствия. Из аппарата суда вышли только 40,8 процентов судей.

В принятии решений российские судьи зависят от организационной структуры, именуемой "институтом председателей". Это иерархически выстроенная система административного подчинения и управления. Благодаря большим возможностям председателей суда для влияния на карьеру рядовых судей (от назначения до увольнения) последние склонны избегать каких-либо противоречий с председателями своих или вышестоящих судов или даже координировать с ними принятие решений по конкретным делам. Органы судейского сообщества также преимущественно состоят из председателей судов и поэтому не могут служить противовесом так называемой административной вертикали.

Механизм дисциплинарной ответственности может использоваться как инструмент давления на конкретного судью со стороны руководства суда. Негативная оценка профессиональной деятельности судьи становится основанием для наказания или досрочного прекращения его полномочий, что противоречит принципу несменяемости.

На качество судопроизводства влияет и загруженность судов псевдоисками и псевдоспорами. Из 12,6 миллионов решений, принятых судами РФ по гражданским делам в 2014 году, 5,8 млн исков были поданы государственными органами или псевдогосударственными структурами против граждан, это 46% всей нагрузки судов. Лидерами по искам являются ФНС, подавшая 2,8 млн исков (22% всей нагрузки судов по гражданским делам) средней стоимостью 11 968 рублей, следом идут иски по взысканию коммунальных платежей (19% всех дел, средняя стоимость 20 047 рублей) и Пенсионный фонд (5%, 13 219 рублей). Для сравнения: исков о взыскании денег по договору займа или кредиту за тот же год было 2 млн, что составило 16% нагрузки судов, а средняя стоимость составила 286 506 рублей.

Судья мыслит "как рабочий за станком"

Судья, находящийся в постоянном цейтноте, вынужденно минимизирует любые контакты с внешним миром, кроме семьи и работы. В итоге он попадает в еще большую зависимость от административных факторов.

Если сравнить российских судей с обычными гражданами, то у них оценки приоритетов совпадают лишь по одной из шести шкал. И служители Фемиды, и все остальные россияне считают важным семью (88,4% и 84,4% соответственно).

Однако намного более значимой для среднего судьи, чем для среднего россиянина, оказывается работа (72,2% выбравших вариант "очень важно" среди судей и 48,7% среди всех россиян). Все остальные ценности (друзья, досуг, религия и политика) оказываются куда менее важными для судей, чем для обычных россиян. Разрыв достигает 16 процентов.

Между тем для образованных россиян особую роль приобретают друзья, а также вопросы организации свободного времени. Их расширяющийся кругозор захватывает и политическую сферу.

А для судей, напомним, все три эти ценности даже менее важны, чем для среднего россиянина. "Очень важны" друзья для 38,7% россиян с высшим образованием и для 8,2% судей. Свободное время "очень важно" для 31,2% опрошенных, закончивших вуз, и для 14,1% судей. Политику как важную или очень важную сферу жизни выбрали 40,8% образованных жителей страны и лишь 22,2% судей.

Такие разрывы свидетельствуют, как правило, о разительном несходстве групп. Между судьей и образованным россиянином наметился ментальный разрыв.

"Перегрузка, административная иерархия, регламентация и внешний контроль деятельности делают жизненные ценности судьи (во всем, что не касается работы) куда более похожими на ценности человека без высшего образования, чем на ценности высококвалифицированного профессионала, коим судья на самом деле является, - утверждают эксперты ИПП. - Высокая нагрузка и механизмы контроля над судьями, в том числе над их социальными связями, способствуют тому, что судьи отдаляются от образованной и активной части россиян. Утрируя, можно сказать, что судья превращается в рабочего за судебным станком и оказывается отрезанным от внешнего мира".