Во вторник, 13 ноября, в Мещанском суде Москвы возобновились слушания по делу о "Седьмой студии"
 
Во вторник, 13 ноября, в Мещанском суде Москвы возобновились слушания по делу о "Седьмой студии"
АГН Москва / Зыков Кирилл

Во вторник, 13 ноября, в Мещанском суде Москвы возобновились слушания по делу о "Седьмой студии", фигурантами которого выступают и художественный руководитель "Гоголь-центра" Кирилл Серебренников, экс-гендиректор "Седьмой студии" Юрий Итин, бывший директор "Гоголь-центра" Алексей Малобродский и директор Российского академического молодежного театра (РАМТ) Софья Апфельбаум. На пятом заседании закончился допрос Серебренникова прокурором и начали задавать вопросы Малобродскому.

- Libération: Серебренников перед судом переживает плохую постановку Кремля

Режиссер пришел на заседание в футболке с цитатой из "Мертвых душ" Гоголя "Русь, чего ты хочешь от меня?". Поддержать подсудимых пришли актрисы Лия Ахеджакова и Чулпан Хаматова, сообщает "Коммерсант". Издание ведет текстовую хронику заседания.


В начале заседания прокурор Игнатова спросила режиссера о наличных деньгах, как он их возвращал и почему передавал Малобродскому, где хранились печати. Серебренников ответил, что полностью доверял Малобродскому как генеральному продюсеру, так как деньги шли на театральные проекты. Кроме того, он еще раз повторил, что не занимался финансовыми делами, связанными с обоснованием того, на что идут деньги. "Моя работа - это спектакли. Я говорил, что нам нужно", - пояснил Серебренников.

Периодически в зале звучал смех, и действительно порой ответы Серебренникова выглядели очевидными всем, кроме прокурора. К примеру, после вопроса, кто решил купить рояль, произошел следующий диалог:

- Вы просили купить рояль?
- Я сказал, купите, пожалуйста, рояль.
- Кому вы сказали купить рояль?
- Я сказал: "Ура! Давайте купим рояль".
- Кому?
- Всем в зале.
- Всем в зале?
- Да.
- Кто мог принять решение о приобретении?
- Я не знаю. То есть мое согласие и радость по поводу покупки рояля была у меня точно.
- Кому принадлежит рояль?
- Я не знаю.

Далее речь зашла о подписях в зарплатных ведомостях. "Я всегда подписывался за 100 тысяч", - заявил Серебренников, на вопрос судьи о 25 тысячах рублей он ответил, что не расписывался. В 2014 году, по словам Серебренникова, они провели аудит и поняли, что не хватает денег, поэтому зарплата у него была меньше. Режиссер не смог назвать суммы, затраченные на каждое мероприятие, и заявил, что может только описать само мероприятие. Наличные денежные средства, по его мнению, были у бухгалтерии, она их "получала через какие-то фирмы", о чем он знает из материалов.

"Вы следили за правильностью предоставления отчетов?" - спросила прокурор. "Нет. Потому что я художественный руководитель. Я ничего не понимаю в этом деле. Потому что есть генеральный директор, генеральный продюсер и много других людей, которые за это получают зарплату", - в который раз повторил Серебренников.

Далее последовал вопрос судьи, давал ли режиссер распоряжения о выплатах из кассы АНО "Седьмая студия". "Если считать просьбу заплатить гонорар повыше тому или иному художнику, то такие распоряжения - не распоряжения, а просьбы - давал. Потому что художники, режиссеры, артисты обращались ко мне", - ответил он.

Отметим, на все заседания Серебренников приходил в разных футболках. Ранее он надевал в суд черную футболку с надписью "Жги" (парафраз на пушкинское "глаголом жги сердца людей" и цитата из пролога последнего поставленного Серебренниковым в "Гоголь-центре" спектакля "Маленькие трагедии", замечает "Медуза". Также он приходил с футболке с надписью "Все утопить", взятой из того же спектакля. Это последняя реплика, которую страдающий от скуки Фауст произносит в стихотворении Пушкина "Сцена из Фауста".

"Deus conservat omnia" - в переводе с латыни "Бог сохраняет все" - еще одна надпись. Это фраза с фамильного герба графов Шереметевых, а на территории их бывшей усадьбы в Петербурге, в Фонтанном доме, много лет жила Анна Ахматова. Надпись "Deus conservat omnia" была важной частью сценографии Серебренникова в спектакле "Ахматова. Поэма без героя".

Малобродский заявил об очередном подлоге в пользу обвинения

Далее начинается допрос бывшего директора "Гоголь-центра" Алексея Малобродского. Адвокат Ксения Карпинская сначала спросила, кто его пригласил на проект "Платформа" (ответ - решение о сотрудничестве было согласовано Итиным и Серебренниковым). "Это должен был быть масштабный проект по пропаганде современного искусства по четырем направлениям", - подчеркнул Малобродский.

"С организационной точки зрения "Платформа" должна была быть реализована по форме государственно-частного партнерства. <...> Государственное партнерство осуществлялось посредством правительства. Медведев одобрил идею", - рассказал экс-гендиректор. По его словам, чисто юридически "Платформой" оперировала "Седьмая студия", и на "Платформе" он работал только до августа 2012 года.

Малободский отметил, что в "Седьмой студии" он подчинялся Итину и Серебренникову, Итина знал с 1985 года и т. д.

В числе прочего Малобродский заявил, что кто-то подделал его подпись на являющемся доказательством его виновности документе, отмечает "МБХ медиа". Экс-гендиректор заявил суду, что что в материалах дела имеется подлог. По его словам, он никогда не подписывал договор с ИП Синельникова об обналичивании денежных средств, однако якобы его подпись присутствует на документе - она подделана.

"Я обнаружил другое письмо Синельникова - от апреля 2013 года. В обвинительном заключении говорится, что доказательством моей вины является письмо Синельникова мне на электронную почту с приложениями. Но это письмо - очередной подлог", - заявил Малобродский.

В середине августа Малобродский заявлял на заседании Басманного суда Москвы, что следователи, ведущие дело "Седьмой студии", заменили протокол допроса свидетельницы. Речь идет о показаниях бывшего специалиста по кадрам и бухгалтера "Седьмой студии" Ларисы Войкиной, которые она дала 14 июля 2017 года.

На протяжении нескольких последующих месяцев следствие как минимум три раза представляло в суд протокол ее допроса - ее показаниями следователи обосновывали необходимость продлить обвиняемым меру пресечения. Малобродский и его защита, знакомясь с материалами дела, обнаружили вместо этого протокола документ, на котором стояли те же дата и время, но по содержанию он отличался от первоначального, рассказал бывший генпродюсер "Седьмой студии".

"Существенные отличия", которые появились во втором протоколе, кардинально искажают смысл показаний Войкиной и "усиливают обвинительную составляющую" в отношении Малобродского и других обвиняемых.

Кроме того, в начале сентября защита Малобродского заявила о новых фальсификациях в деле. Подлог касается двух протоколов осмотра предметов, изъятых при обысках. Один из них датирован 26 мая 2017 года, второй - 3 августа того же года. Под ними обоими стоят подписи одной и той же пары понятых - Айшан Жанселдиевой и Гулназии Кекеевой. Это значит, что в мае женщины оказались в управлении Следственного комитета по Москве на Новом Арбате, а в августе - в здании Следственного комитета России в Техническом переулке, куда было передано дело.

Защита сомневается и в подлинности подписи под одним из протоколов. Кроме того, под первым протоколом есть подпись следователя центрального аппарата СК Сергея Мосенкова, однако этого не может быть, так как в мае дело еще расследовал московский главк.

7 ноября Мещанский суд Москвы признал Кирилла Серебренникова и других фигурантов дела о "Седьмой студии" гражданскими ответчиками по иску Министерства культуры России на 133,3 млн рублей.

Четырем фигурантам инкриминируют хищение путем мошенничества (ч. 4 ст. 159 УК РФ) 133 млн рублей бюджетных денежных средств из 214 млн рублей, выделенных в 2011-2014 годы АНО "Седьмая студия" на развитие и популяризацию современного искусства России в рамках театрального проекта "Платформа".