"Версия": криминальный оборот кладбищенского бизнеса в России - 1 млрд долларов в год
Архив NEWSru.com
"Версия": криминальный оборот кладбищенского бизнеса в России - 1 млрд долларов в год
 
 
 
"Версия": криминальный оборот кладбищенского бизнеса в России - 1 млрд долларов в год
Архив NEWSru.com

Население России стремительно сокращается: ежегодно в стране умирает около 2 млн человек. О проблеме демографического кризиса говорят много и подолгу, подъём рождаемости и увеличение продолжительности жизни возведены в ранг государственных задач. А вот другую важную проблему, напрямую связанную с растущей смертностью, пока предпочитают замалчивать. Речь о пресловутой "сфере ритуальных услуг", с которой в какой-то момент приходится сталкиваться каждому и степень цивилизованности которой не изменилась с диких 90-х. При этом, по различным оценкам, на погребение среднестатистического россиянина тратится приблизительно 500 долларов, а стало быть, только официальный оборот ритуального бизнеса в России составляет 1 млрд долларов в год, пишет газета "Версия".

В Москве минимальные цены на наиболее распространённые услуги примерно одинаковы у всех контор подобного профиля. Итак, самый простой гроб, обитый красной тканью, стоит около 900 рублей, обыкновенный венок - ещё 500. Копка могилы обойдётся примерно в 3 тысячи, аренда похоронного автобуса - около 25 долларов в час. Простенький металлический памятник можно приобрести за 1500 рублей, гранитное надгробие без излишеств - за 5-6 тысяч. Понятно, что пределов совершенству нет: в кругах ритуальщиков ходит байка о том, что несколько лет назад одного застреленного за границей банкира привезли на родину в роскошном ящике с холодильной установкой ценой 50 тысяч долларов. Ну а дешевле всего, разумеется, кремация: сжечь усопшего в печи будет стоить всего 2 тысячи рублей.

Отдельную статью расходов составляет так называемый медицинский сектор. Около 1,5 тысячи рублей необходимо заплатить санитару в морге, чтобы он привёл в порядок лицо усопшего, обмыл, одел. В некоторых случаях требуется вмешательство пластического хирурга, что выходит раз в 5 дороже. Немаловажный аспект - оформление документов и выдача трупа из морга, на преодоление бюрократических препон ритуальные агентства просят минимум 1 тысячу рублей. Если добавить сюда скромный поминальный стол, получится сумма в 500-600 условных единиц, которую выкладывает за сомнительное удовольствие погребения обычный россиянин. Однако плата за официальные услуги - лишь часть средств, вращающихся в этой ритуальной сфере, пишет газета.

- Московских гастарбайтеров хоронят прямо в фундаментах строящихся домов

Согласно федеральному законодательству российские кладбища находятся под юрисдикцией местных властей. Частных кладбищ в России практически нет, а потому огромные суммы на обустройство "смиренных территорий" ежегодно уходят из муниципальных бюджетов. Сколько это составляет в масштабах страны, похоже, никто никогда не считал. Во многом именно поэтому чиновники так упорно противятся передаче кладбищ в частные руки, хотя этот вопрос давно назрел: если муниципальные службы не справляются с содержанием кладбищ даже в богатых мегаполисах страны, чего уж говорить о глубинке. При этом полная закрытость кладбищенского рынка их местным хозяевам явно на руку, и делиться этой отменной кормушкой они не желают ни с кем.

Москве принадлежит чуть более 70 некрополей общей площадью 1860 гектаров (из них лишь 800 в черте города). При этом официально открытые для свободных захоронений кладбища можно пересчитать по пальцам. Учитывая, что в столице каждый месяц в среднем умирает около 12 тысяч человек, эти кладбища будут заполнены уже в ближайшие годы. На остальных территориях захоронения либо полностью запрещены (помимо "особых случаев"), либо возможны лишь на "родственных" могилах.

В итоге дефицит кладбищенской земли в столице ныне составляет по меньшей мере несколько сотен гектаров. Однако, как выясняется, расширение кладбищенского хозяйства - дорогое удовольствие. Ведь в ближнем Подмосковье подходящих участков не так много, и стоят они примерно 6-7 млн рублей за гектар. Таким образом, обустройство нового погоста обойдётся в 35-40 млн за гектар. А вот спрос едва ли будет слишком велик: традиции нашего народа требуют регулярных посещений родственных могилок, поэтому можно понять общее желание похоронить близкого человека, так сказать, в легкодоступном месте, пишет газета.

Если есть интерес, выход всегда найдётся: знатоки утверждают, что на старейших столичных кладбищах, расположенных в пределах МКАД, сейчас можно найти порядка 40-50 гектаров "свободной" кладбищенской земли. Это так называемые неучтённые, или заброшенные, могилы. Примерно десяток самых известных столичных кладбищ имеют либо неполные, либо полностью уничтоженные архивы. А это значит, что вполне возможно срыть старую могилу, продать новому владельцу, и при этом никто не будет в состоянии что-либо доказать. Совсем неудивительно, что нелегальный "бизнес на костях" расцвёл в столице буйным цветом, отмечает "Версия".

Московские власти с незаконным оборотом могил борются, насколько это возможно. Известна знаменитая фраза Юрия Лужкова, брошенная им как-то в сердцах: "Мы вычистим всю эту шушеру с кладбищ". Осуществить задуманное крайне сложно, но многие важные шаги в Москве всё-таки уже сделаны. Проводится специальная аэрофотосъёмка, специальные бригады обходят кладбища, регистрируют участки, устанавливают системы видеонаблюдения. В городском специализированном предприятии "Ритуал" создаётся единая компьютеризированная база данных, куда вносится информация обо всех умерших, а также ведётся единый городской реестр могил. Мэр потребовал от городских служб учесть каждый клочок кладбищенской земли. Насколько эффективными будут эти меры, станет ясно совсем скоро. Пока они лишь показывают, насколько остра в городе кладбищенская проблема.

Московских гастарбайтеров хоронят прямо в фундаментах строящихся домов

Полтора миллиона таджиков на положении рабов живут в России в полном бесправии и нищете, пишет газета. "Но ваша страна тем не менее ставит своим рабам самые роскошные в мире надгробия", - рассказал пожилой таджик Соломшах, с которым пообщался корреспондент газеты "Версия".

Не так давно на заседании Мосгордумы случился небольшой скандал. Заместитель начальника Департамента потребительского рынка и услуг Москвы Лариса Коржнева заявила, что в столице пропадает около 10% покойников. По её данным выходило, что примерно 12 тысяч трупов, на которые в столичных анатомичках оформлены свидетельства о смерти, так и не попадают на кладбища. Куда они деваются, непонятно. Депутаты и начальники ведомств немного поговорили: мол, непорядок это, но в итоге тему попросту закрыли.

Таджик Соломшах рассказал о судьбе одного человека из этой "неучтёнки". Сын Соломшаха Махмуд, молодой человек с университетским образованием, работал в столице на стройке в одной из самых известных и мощных строительных организаций, возводящих жилые комплексы, которыми по праву гордится Москва. Однажды молодой человек остановился и умер на рабочем месте. Непонятно от чего: просто гастарбайтеры (особенно европейцы - молдаване, украинцы) часто "горят на работе" - то ли от водки, то ли просто от работы.

Махмуда отвезли в патологоанатомичку, где из него вынули всё, что можно, потому что это тоже бизнес. Например, наша страна является крупнейшим в мире импортёром вытяжки из человеческого гипофиза, ценнейшего сырья для производства инсулина самого высокого качества. Что-то из останков забирает и хорошо оплачивает парфюмерная индустрия Франции. В Германии очень ценятся свежие глазные хрусталики в хорошем состоянии. И так далее. Когда Махмуда разобрали, останки сунули Соломшаху и предложили забирать, пишет издание.

"Я знаю, это очень большой грех, но у меня дома ещё 6 детей и уже пошли внуки, - говорит Соломшах. - Я не мог себе позволить отвезти его в Таджикистан. Пытаться хоронить в Москве я даже не стал. Раис (начальник Махмуда) оказался очень добрым человеком, позволил мне занять место сына. Сказал, что я очень хорошо воспитал Махмуда и он честно работал. Мне нужно было сразу приступать".

По существующим правилам все заботы о приглашённом из другой страны работнике должна брать на себя организация-работодатель. В том числе и похороны. Для Махмуда они состоялись так: его закатали в фундамент строящегося дома.

У Соломшаха нет выходных, пишет "Версия", но он всё же находит время, добирается до Воробьёвых гор и долго сидит одной из скамеек. "У таджиков вообще нет надгробий, не принято, да и денег у меня сейчас на это не хватило бы. А так получилось даже хорошо - такой памятник", - говорит Соломшах, не отрывая взгляда от высотки.