![Два офицера МВД России получили 14 и 17 лет колонии за рассылку писем с хлоридом ртути главам ЕС и НАТО от имени депутата Госдумы Два офицера МВД России получили 14 и 17 лет колонии за рассылку писем с хлоридом ртути главам ЕС и НАТО от имени депутата Госдумы](https://image.newsru.com/v2/01/2021/05/d/de87fcfeed092a2f12758486db86dbd7.jpg)
Второй западный окружной военный суд приговорил к 17 и 14 годам заключения бывших сотрудников ГУ МВД по Краснодарскому краю Максима Котоманова и Дмитрия Красильникова, обвиненных в отправке писем с ядовитым веществом в адрес дипломатических организаций в 2018 году.
"Суд приговорил Котоманова к 17 годам колонии строгого режима, Красильникова - к 14 годам строгого режима", - сообщили ТАСС в суде. В ходе прений сторон прокурор просил суд приговорить подсудимых к 18 и 16 годам колонии соответственно. Они обвинялись в незаконном обороте сильнодействующих веществ, покушении на лиц, находящихся под международной защитой, покушении на контрабанду ядовитых веществ, организации террористического сообщества и покушении на теракт.
По данным суда, на которые ссылается "Коммерсант", в 2017-2018 годах бывший работник бухгалтерии регионального краснодарского главка МВД Максим Котоманов изготовил около 200 писем в адрес руководителей Евросоюза, НАТО, а также посольств других государств.
В конвертах было поддельное письмо от имени депутата Госдумы Сергея Железняка с приглашением на праздничное мероприятие, посвященное возвращению Крыма в состав России, под названием "Подари частицу земли Крыма". Вместо земли с полуострова в письмах находились кристаллы хлорида ртути - нейротоксина, который при попадании в организм может вызывать поражение печени, почек, желудка и центральной нервной системы.
Письма с подозрительным порошком в феврале 2018 года получили около двух десятков посольств, в том числе Болгарии, Венгрии, Италии, Канады, Нидерландов, Польши, Саудовской Аравии, США и Франции. При этом значительную часть конвертов, которые должны были отправиться за границу, при сортировке перехватили сотрудники "Почты России".
Котоманов и Красильников были задержаны в Краснодаре 17 июля 2019 года. Котоманов служил в бухгалтерии главка, которую покинул, получив черепно-мозговую травму и II группу инвалидности. Она была оформлена как полученная в результате исполнения служебных обязанностей. Дмитрий Красильников покинул полицию по выслуге лет в звании подполковника, он служил в подразделениях угрозыска и по борьбе с оргпреступностью, отличился участием в задержаниях десятков опасных преступников и раскрытием множества преступлений. Отставники познакомились еще на службе, а потом продолжили дружить на "гражданке".
Обвиняемые заявили, что ни в какую террористическую организацию не входили и травить никого не собирались. Котоманов в частности утверждал, что письма якобы получал от некоего Александра Жукова, который готов был выплатить до 30 тыс. рублей за отправку каждого конверта, и передавал письма вместе с деньгами Дмитрию Красильникову. Тот после увольнения из МВД занимался охранным бизнесом, но его компания обанкротилась, и экс-полковник остро нуждался в деньгах.
Красильников отвозил письма в Москву и раскладывал по почтовым ящикам, якобы не зная, что в них могут содержаться опасные вещества. Однако следствие и прокуратура сочли версии подсудимых лишь попыткой уйти от ответственности: в ходе обыска дома у Максима Котоманова были найдены различные химикаты и весы, в которых эксперты обнаружили частицы хлорида ртути.
Депутат Госдумы Сергей Железняк сообщил, что еще 16 февраля 2018 года подал заявление в правоохранительные органы и выступил с комментариями в СМИ и соцсетях, узнав, что от его имени рассылаются какие-то подозрительные письма. По словам депутата, экспертиза подтвердила, что бланки, которые использовали злоумышленники, были поддельными, как и его подпись в них.
Обвиняемых до всех этих событий он не знал, фамилии их впервые услышал во время следствия, а увидел буквально на днях, когда давал показания в суде. При этом он затруднился ответить, с какой целью подсудимые отправляли отравленные конверты от его имени. "Этот вопрос надо адресовать обвиняемым", - заявил он.