Ярославская епархия на пять лет запретила в служении иерею Александру Парфенову, который в числе прочих священников подписал письмо в защиту фигурантов "московского дела" в сентябре
 
Ярославская епархия на пять лет запретила в служении иерею Александру Парфенову, который в числе прочих священников подписал письмо в защиту фигурантов "московского дела" в сентябре
Стоп-кадр видео Дмитрий Пахомов / YouTube

Ярославская епархия на пять лет запретила в служении иерею Александру Парфенову, который в числе прочих священников подписал письмо в защиту фигурантов "московского дела" в сентябре. В указе за подписью митрополита Ярославского и Ростовского Пантелеимона говорится, что решение было принято церковным судом Ярославской епархии 24 декабря. Запрет вступил в силу спустя два дня, он действует до 24 декабря 2024 года.

Отец Александр отметил в своем блоге, что документ составлен с нарушениями: в нем не указана причина прещения и церковно-правовое обоснование. Он допустил, что запрещение может быть и не связано с "московским делом", но недовольство его "политическими взглядами" зрело давно.

По словам священнослужителя, давление на него оказывали "несколько лет и месяцев" в связи с урочищем "Гора святой Марии" в Ростовском районе. Это достопримечательное место с реликтовой природой, сотнями курганов и "целебным источником".

"Когда в урочище появился карьер, то местный священник, иерей Вадим Ковальчук воспринял попытки защитить объект культурного наследия как посягательство на свой приход", - пишет Парфенов. К лету институт археологии РАН и региональный департамент охраны объектов наследия приняли документ, ограничивающий продвижение карьера.

"В это время я узнал, что у меня нет благословения заниматься защитой урочища и "прикрываться Епархией". Тогда я сам ушел с прихода, и был переведен в монастырь и в то время подписал письмо в защиту невинно осуждаемых по московскому делу", - рассказал отец Александр. По его словам, один из членов церковного суда считает, что священник "своими либеральными взглядами портит все свои добрые начинания".

А член суда отец Алексий, по мнению Парфенова, заинтересован в продолжении работы карьера. Иерей выложил скрины своей переписки с ним. На вопрос, получал ли отец Алексий деньги от карьера, тот посоветовал Парфенову "следить за языком" и пригрозил "помочь" с запретом в служении.

"Новая газета" пишет, что формальной причиной отстранения отца Александра стала передача собранных им сельских церковных архивов в Ростовский государственный музей-заповедник. Епархиальные власти требовали передать документы им, но священник считает, что в музее они будут в большей сохранности.

Пресс-секретарь Ярославской епархии Александр Сатомский сообщил изданию "7x7", что запрет в служении связан с "непосредственными обязанностями" Парфенова, а не с его позицией по "московскому делу". Запрет можно оспорить в вышестоящем церковном суде.

"Это связано с осуществлением его священнической и настоятельской деятельности. В данном случае запрет является терапевтической церковной мерой, которая должна вернуть человека в правильное настроение, чтобы он в дальнейшем служение продолжил", - сказал Сатомский.

Главный редактор сайта Ярославской епархии Екатерина Парунян в комментарии к посту Парфенова в Facebook назвала запрет в служении "лишнем доказательством того, что отцу Александру милостиво дали время помолиться, подумать, исправиться и вести себя в соответствии с тем саном, который он носит". Она добавила, что деятельность Парфенова по защите урочища не имеет отношения к указу о прещении и является его "самостоятельной общественной деятельностью".

В сентябре 182 священнослужителя подписали открытое письмо с просьбой пересмотреть судебные решения и тюремные сроки фигурантам "московского дела". Авторы обращения выступили против любого насилия - как со стороны демонстрантов, так и со стороны представителей власти, подчеркнув, что приговоры фигурантам больше похожи на "запугивание граждан России", чем на справедливое решение. После этого клирик самарского храма Казанской иконы Божьей Матери протоиерей Дионисий Кузнецов, подписавший письмо, рассказал, что его вызывали в епархию "на беседу". Ему пришлось писать объяснительную на имя митрополита Самарского и Новокуйбышевского Сергия.