Financial Times: дипломатия не остановит иранскую ядерную программу
 
Financial Times: дипломатия не остановит иранскую ядерную программу
AFP

В среду в Вене начались переговоры по иранскому ядерному досье между делегациями Исламской республики Иран и внешнеполитических ведомств Великобритании, Германии и Франции.

Как заявил в среду глава МИД Исламской республики Манушехр Моттаки, на переговорах с ЕС Иран будет отстаивать право обогащать уран на собственной территории, передает "Интерфакс".

"Когда мы говорим об обогащении урана с целью производства ядерного топлива, то это, естественно, означает наличие возможностей для обогащения урана и полного цикла производства ядерного топлива на нашей территории", - заявил Моттаки на пресс-конференции в Тегеране. Ранее Тегерану предлагалось компромиссное предложение, которое состояло в проведении таких работ в России.

Как пишет в среду The Financial Times, возобновление переговоров по иранскому ядерному досье в момент, когда мировое сообщество еще не пришло в себя от яростных отрицаний Холокоста президентом Ирана, говорит лишь о том, что ритуалы дипломатии живы.

Предметом обсуждения на сей раз является предложение перенести часть иранских работ по обогащению урана на территорию России. Однако дипломатия упускает из виду значительные изменения, которые претерпели иранские ядерные амбиции после избрания Ахмади Нежада.

Иранская ядерная политика все больше опирается на сочетание идеологических императивов и националистических установок, неуязвимых перед угрозой санкций и обещанием вознаграждений. С учетом этих реалий новый раунд европейских переговоров скорее всего постигнет та же участь, что и предыдущие, пишет FT (перевод статьи публикует Inopressa.ru)

После 26 лет пребывания у власти иранский режим сейчас меняет облик, так как к руководству приходит новое поколение суровых идеологов. Что касается Ахмади Нежада и его сторонников, то опыт, приобретенный ими во время войны с Ираком, определяет их стратегическое видение. Применение Ираком химического оружия против мирного населения и иранских бойцов оставило след в душах тех, кто вернулся с войны, сформировав у них подозрительное отношение к мотивам мирового сообщества, которое безразлично взирало на страдания Ирана.

Анализ выступлений Ахмади Нежада показывает, что для него война отнюдь не смутное воспоминание, ее жертвы и сражения лейтмотивом проходят в его заявлениях. Горький опыт войны заставил сформулировать его лозунг "это не повторится", который объединил участников войны, пришедших в политику, вокруг желания получить не только внушительный инструмент сдерживания, но и убедительную возможность возмездия.

Как отмечает британская газета, подозревающим все и вся лидерам Ирана будет очень трудно отказаться от важных компонентов своей ядерной программы в обмен на обещания европейцев проявить добрую волю.

После почти трех десятилетий злобы и напряженности иранские реакционеры считают конфликт с США неизбежным, а единственную возможность сохранить неприкосновенность режима и территориальную целостность Ирана видят в обладании "стратегическим оружием". Хотя сегодня США увязли в иракском болоте, которое умерит их амбиции, для иранских правителей это по-прежнему агрессивное государство, чью мощь нельзя сбрасывать со счетов и чьим намерениям нельзя доверять.

Одним из столпов подхода нового режима к ядерной проблеме является уязвленное национальное чувство. Требования Запада, чтобы Иран отказался от права на топливный цикл, предоставленного договором о ядерном нераспространении, вызывают враждебность, окрашенную национализмом. Будучи страной, которая неоднократно становилась жертвой иностранной интервенции и обременительных договоров о капитуляции, Иран болезненно относится к своим национальным прерогативам и суверенным правам.

С точки зрения новых иранских лидеров, мировое сообщество идет на конфронтацию с ними не из-за их провокаций и прежних нарушений договоров, а из-за манипуляций сверхдержавы. Ядерная программа и национальная идентичность в сознании иранских лидеров слились в единое целое. Сопротивление дерзким требованиям Запада равнозначно революционному пылу и верности нации. Так что концепция взаимных уступок бесполезна в случае иранских националистов.

В таком контексте для Тегерана ядерная программа - это не то, что можно обменять на западные инвестиции. Да и российское предложение едва ли соблазнит режим, рассматривающий свои ядерные права через националистическую призму. Популистская привлекательность бескомпромиссной позиции Ирана, значимость ядерного сдерживания для осажденного режима и подозрительное отношение Ирана к мировому сообществу говорят против того, что Тегеран примет новые европейские пожелания, пишет FT.

В то же время, отмечает газета, это не означает, что Иран открыто откажется от переговоров и примет провокационный курс, который может заставить другие государства согласиться с американским подходом. Для новых хозяев Тегерана переговоры важны в смысле возможного раскола западного единства и предотвращения передачи иранского ядерного досье в Совет Безопасности ООН. Однако Ахмади Нежада и его команду привлекает процесс, а не результат.

Британское издание прогнозирует, что в ближайшие месяцы "дипломаты будут спорить, международные организации - периодически выступать с осуждением и обсуждать свои дальнейшие шаги. Иран между тем будет все ближе подходить к ядерному порогу".