Документальный фильм Йоханна Файндта и Тамары Трампе "Белые вороны" рассказывает о чеченской войне и о мужчинах и женщинах, искалеченных ею
 
Документальный фильм Йоханна Файндта и Тамары Трампе "Белые вороны" рассказывает о чеченской войне и о мужчинах и женщинах, искалеченных ею
indieWIRE

Новый документальный фильм Йоханна Файндта и Тамары Трампе "Белые вороны" рассказывает о чеченской войне и о мужчинах и женщинах, искалеченных ею. Это фильм о потерянном поколении, которое не может вновь найти свое место в обычной жизни. "Белые вороны" можно назвать картиной о тех, кто возвращается домой с войны, - если бы для этих солдат возвращение домой было возможно, пишет немецкая Suddeutsche Zeitung (перевод на сайте Inopressa.ru).

В этой картине образы и истории не так уж далеки друг от друга - Грозный и Сайгон, Москва и американский Средний Запад. Картина Файндта и Трампе напоминает фильм Майкла Чимино "Охотник на оленей" (картина 1978 года, хронологическая первая из посвященных вьетнамской войне, завоевала пять "Оскаров" - прим. ред.).

Фильм "Охотник на оленей" начинается со сцены веселого праздника, и у одного из героев картины "Белые вороны" Пети тоже была прощальная вечеринка: на любительском видео - радостный, немного неловкий мальчик. А когда 19-летний Петя возвращается домой из Чечни, у него нет левой руки и левой ноги. Или Кирилл, чье ангельское лицо и история напоминают героя Кристофера Уокена из фильма Чимино. После двух лет, проведенных в плену, мальчик, писавший такие хорошие письма, подписываясь: "Ваш сын, внук, брат и друг Кирилл", вернулся запуганным, полусумасшедшим человеком, который не узнает свою мать и позже насилует девятилетнюю девочку.

В финальной сцене режиссер Тамара Трампе подает насильнику Кириллу руку. Это знак сочувствия - авторы фильма не осуждают, они пытаются понять, отмечает немецкое издание. У обоих режиссеров был личный интерес: всю свою жизнь, рассказывала Тамара Трампе в одном из интервью, она хотела выяснить, что пережили ее родители во время Второй мировой войны; Йоханн Файндт тоже говорит о том, что война повлияла на судьбу его семьи.

Мужчины и женщины, которых они три года подряд сопровождали с камерами, являются одновременно и преступниками, и жертвами. Категориями добра и зла не оперируют на войне, даже если солдатам в Чечне иногда кажется по-другому. Теперь им не хватает четкого разделения на фронты и ударов войны, постоянного адреналина, пишет Suddeutsche Zeitung.

Всеобщему вытеснению темы - о чеченской войне ни мир, ни Россия не хотят ничего знать - фильм противопоставляет обескураживающую откровенность. Когда Тамара Трампе рассудительно и упрямо и в то же время чутко расспрашивает своих героев об самых ужасных впечатлениях, ее манера напоминает манеру так называемых солдатских матерей, с которых авторы фильма и начали свое расследование. В этой позиции нет никакого вуайеризма, и только так можно вынести рассказы солдат, полагает немецкая газета.

Другая сторона, чеченцы, появляется в фильме только на нескольких впечатляющих кадрах. Самих "картин войны" как таковых тоже нет. Они и не нужны: в осколках этих искалеченных судеб война отразилась достаточно, заключает Suddeutsche Zeitung.