Религиозные лидеры России уверяют, что наука и религия могут жить дружно
 
Религиозные лидеры России уверяют, что наука и религия могут жить дружно
Вести

Как уже сообщалось, в подмосковной Дубне в эти дни проходит XI конференция "Наука. Философия. Религия". Она продолжает традицию научно-религиозных конференций, проходивших в городе ядерщиков в 90-е годы ХХ века.

Трудно сыскать другую такую страну, как Россия, где вопросы религии столь активно вторгались бы в светскую жизнь. Обсуждаемая уже несколько лет попытка Русской православной церкви (РПЦ) ввести в школьную программу предмет Основы православной культуры (ОПК), привела к очередному скандалу, вызванному открытым письмом десяти российских академиков к Владимиру Путину. Ученые обратились к российскому президенту с просьбой остановить клерикализацию общества, которую, по их мнению, предпринимает РПЦ, расширяющая свое влияние на светские институты государства. Политическая активность Церкви, как считают противники ОПК, ведет к установлению в стране нового единомыслия, попирающего права не только атеистов, но и верующих других религий и конфессий.

Хотя для толерантного Запада антагонизм между светским обществом и религией может показаться нонсенсом, но некоторые ученые там тоже конфликтуют с религией. Например, нобелевский лауреат по физике Стивен Вейнберг заявил, что "миру, наконец, пора проснуться от кошмара религиозной веры". Другой нобелиат Гарольд Крото, потребовал, чтобы премию Фонда Темплтона "за прогресс в духовных поисках" дали наконец атеисту – биологу из Оксфорда Ричарду Доксону, автору бестселлера "Божественное заблуждение". Может показаться, что современные физики, химики, биологи словно забыли, что их предшественники, на научные открытия которых они опираются были людьми религиозными. Достаточно вспомнить Ньютона и даже Дарвина. Вера не в человеческий, а в Высший, Божественный разум, не мешала им в их научных исследованиях.

Корреспондент сайта "Мир религий" обратился к российским представителям разных религий с просьбой ответить на вопросы: кто виноват в конфликте между наукой и религией? Можно ли примирить религию и науку, требует ли вера отказа от разума и сомнений?

Вот ответы на поставленные вопросы:

Заместитель председателя Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата протоиерей Всеволод Чаплин: уверовавшему человеку ни в коем случае не нужно отказываться от разума

На мой взгляд, нам нужно уходить от описания отношений науки и религии в черно-белых красках в виде превентивного спора о том, являются ли он врагами или союзниками. Религия и чистое естествознание действительно существуют почти в параллельных областях. И естествоиспытатель может быть как верующим человеком, так и неверующим.

В то же самое время, всегда будут споры между религией и многими направлениями философии, психологии, истории и других гуманитарных наук. В них очень редко можно говорить об абсолютно установленной истине, о фактах. В этих областях очень много идеологии и интерпретаций. Многое из того, что нам подается как наука, на самом деле является эмоционально обусловленными гипотезами и идеями. Поэтому для данных сфер знания неприменим подход, пытающийся жестко разделить сферы науки и религии. Вот почему важен диалог мировоззренческих групп и отказ одной из них, а именно неверующих, от привычки объявлять окончательной научной истиной более чем спорные и никем не подтвержденные идеи, которые эти люди пытаются реализовать через систему образования и даже через законы.

Уверовавшему человеку ни в коем случае не нужно отказываться от разума. Вера без разума невозможна. Потому что существо, лишенное разума не может верить, а строит свою религиозную жизнь только на эмоциях падшей человеческой природы. А это – путь в никуда. Человек всем своим существом должен стремиться к Богу и разумом и сердцем, своими словами и делами.

Генеральный секретарь Конференции католических епископов России Игорь Ковалевский: наука и религия по-своему описывают действительность, перед ними стоят разные цели

Иногда в конфликте между наукой и религией виноваты и священнослужители. Однако, зачастую виноваты деятели науки. Чтобы между наукой и религией не возникали недоразумения, необходимо помнить, что эти две разные сферы деятельности человека имеют разные области компетентности. Когда кто-то выходит за пределы своей компетентности, возникает конфликт. К сожалению, это происходило в истории Церкви, но и в истории науки было то же самое.

Лично я не вижу никаких противоречий между наукой и религией. Каждая из них по-своему описывает действительность, перед ними стоят разные цели. Достаточно обратить внимание на то, что естественные науки описывают вторичные причины и явления, моделируя те или иные явления, они пытаются описать материальный мир. Религия, богословие имеют дело с иной действительностью, их интерес далеко не исчерпывается только лишь материальным миром.

Верующему человеку не нужно отказываться от разума и сомнений. Средневековые схоласты говорили о вере, ищущей разумения – вера ваша да пусть будет разумной. Разум – великий дар Божий, данный Творцом человеку. И мы обязаны им пользоваться, в том числе и для углубления веры, для того, чтобы приближаться к Богу. Занятия наукой могут быть одним из способов богопознания.

Председатель Совета Союза евангельских христиан-баптистов Юрий Сипко: примирить науку и религию, вне сомнения, можно, они во многих вопросах мирно сосуществуют

В нагнетании и продолжении конфликта между наукой и религией виноваты обе стороны. Более чем очевидно, что наука во многом опирается на веру, как очевидно и то, что она не решает вопросы духа. Человек, между тем, существо духовное. Поэтому думать о том, что если бы наука одна управляла сознанием и общественными процессами, избавленными от религиозного влияния, она бы решила все вопросы, это иллюзия и детский сад. Такую богиню, как наука, Парижская революция уже водружала на постамент, и мы знаем ее последствия. Такую же богиню водружала на постамент и революция Октябрьская, которая уничтожила священничество, как класс. Возведя эту власть на постамент, мы получили ГУЛАГ.

Поэтому надежды на то, что, исторгнув религию из общественной мысли, мы устроим общество согласия и мира, являются иллюзорными. Таким образом, можно создать только общество бездушных и бездуховных роботов. Они будут запрограммированы и возможно будут в чем-то превосходить человека, как сейчас, например, робот обыгрывает шахматиста. Но ведь мы говорим о душе, о духе, говорим о проникновении в тайны Вселенной, о том, что движет умом ученых людей. Эта неистребимая творческая, познавательная часть имеет в своей основе религиозное содержание. Она воплощается в делах, в каких-то решениях, но она проистекает от Творца, который через религию и открывается, и человека созидает не как частичку мертвой материи, а как существо духовное, как подобие Бога, способное творить.

Примирить науку и религию, вне сомнения, можно, они во многих вопросах мирно сосуществуют. Масса ученых людей примиряется со своими религиозными взглядами и живет в мире и согласии с Церковью. Да, бывали случаи, когда церковь науку отвергала огульно и безосновательно. Да и сегодня можно подобное найти, но это не значит, что этот конфликт неразрешимый. Примирение возможно, если уважительно слышать друг друга, согласовывать те понятия, из-за которых иногда воюем, одно и то же называя различными именами. Религия вполне допускает существование науки, потому что Бог определил для человека мир власти над Вселенной, но также и наука не может без религии, потому что человек существо религиозное.

Вера не отрицает разум, который присутствует при самом первом приближении человека к религии. Если мы будем читать Библию, то увидим, что Бог взывает человека к разуму в самом буквальном смысле: рассудите, придите и рассудим, выберите... Очевидно, что для этого нужен разум, нужна воля. Все компоненты, из которых состоит личность – интеллект, воля, чувства – в Библии находятся в уважении и призываются к созиданию здорового человеческого образа, который есть образом и подобием Божьим.

Зав. отделом науки Духовного управления мусульман Европейской части России Фарид Асадуллин: между истинной наукой и религией никакого противоречия быть не может

Возможно, в христианской истории и были такие времена, когда религия конфликтовала с наукой. Но если мы возьмем историю исламской цивилизации, то наука и религия здесь всегда мирно уживались. Боле того, все известные мне халифы, абасиды и амияды окружали себя, свой двор улемами, знающими людьми. Они, как правило, выполняли при дворах халифов функции советников и даже визирей.

"Религиозное мракобесие" – такого понятия в исламской цивилизации вообще не существует. Ислам, прежде всего, предполагает развитый интеллект. Как этот интеллект себя реализует – в точных науках, в гуманитарных науках или в науках, имеющих отношение к астрологии или алхимии – это вопрос второй. Главное, чтобы человек себя реализовал в том призвании, которое Аллах дал ему изначально. Так что между истинной наукой и религией никакого противоречия быть не может.

Председатель Конгресса еврейских религиозных общин и организаций России раввин Зиновий Коган: каждый ученый – это своего рода священнослужитель

Конфликт между наукой и религий как бы есть, но его в то же самое время и нет. Люди, которые открыли для себя монотеизм, которые услышали, что Бог есть причиной сущего, что Бог – это законы жизни мира, всегда будут прославлять Всевышнего через открытия фундаментальных законов жизни. Раз Господь есть причиной всего, что существует, то слава Его в открытиях законов этого мира. Поэтому каждый ученый – это своего рода священнослужитель. Ибо если мы признаем, что Бог един и является причиной всего, то какие могут быть противоречия? Каждая открытая научная истина – это есть слава Господня и, конечно, человеческая. Если мы отступаем от такого понимания, то естественно возникают проблемы.

Религия – и ученые не могут не признать этого, – несет этические, моральные основы существования человечества. От того, что открыт закон расширения Вселенной или закон расщепления ядерного ядра и т. д., еще не следует, что нужно поминать умерших, что их нужно соответственно хоронить, что нужно проявлять милосердие к слабым. Религия, как связь людей друг с другом, помогает человеку стать человеком, а не роботом, открывающем новые законы. Мы не должны упрекать ученых, которые искренне добиваются истины. И любая истина – это слава Господня. Мы не должны буквально понимать священные тексты, потому что каждое поколение при помощи эпитетов, метафор, символов хотело передать идею почитания заповедей, почитания родителей и т. д.

На мой взгляд, религия и наука только дополняют друг друга, они прославляют Господа. Между ними нет противоречий, если в их основе лежит добро, милосердие, искренность и поиск истины. Истина – в любви к детям, к близким, к родине.

Верующий человек не должен отказываться от разума, от сомнений. Вера не только не исключает сомнений, раздумий, она в них рождается.

Член совета Московской общины буддистов Баатр Китинов: более двух тысяч лет назад буддизм говорил о том, что современная наука называет нейтронами, протонами

Еще сам Будда не разделял то, что мы сегодня называем наукой и религией. Например, во времена Будды существовало понимание, что материю можно делить бесконечное множество раз вплоть до атома. Согласно буддизму все состоит из дхарм, мельчайших частиц. Иными словами, более двух тысяч лет назад буддизм говорил о том, что современная наука называет нейтронами, протонами и т.д.

Будда говорил, что можно доходить в изучении мира до самых мельчайших частиц, но такой подход будет механическим. Тогда как мы, в первую очередь, должны понять, и как устроен мир, и что мы здесь делаем – отсюда шло учение о самсаре и нирване. Иными словами, наука и религия в буддизме не разделялись.

Уже в наше время Далай Лама, например, говорит, что если наука эмпирически доказывает какие-то вещи, то мы, буддисты, обязаны это принять. Если наука доказала, что земля круглая, мы должны отказаться от тех положений наших сутр, в которых сказано, что земля плоская. Он же говорит, что если наука докажет, что нет никакой души, и, соответственно, нет переселения, то мы как буддисты должны это принять. Но наука, сколько не пыталась, она этого никак не может доказать. И вряд ли это сделает в будущем – ее возможности, как видим, ограничены.

Если говорить про сосуществование науки и религии, то оно, вне сомнения, возможно. В свое время я присутствовал на научной конференции "Разум и жизнь", которая проводится в Индии раз в два года. На нее со всего мира съезжаются ученые, представляющие самые разные сферы знания: философию, нейробиологию, медицину и другие. Далай Лама в обращениях к подобного рода форумам всегда призывает ученых использовать потенциал буддизма, в частности, который достиг определенных высот в изучении сознания. Мы знаем, что знания и элементы буддийской культуры широко используются на Западе. Например, в той же "Матрице", где излагается буддийское мировоззрение.

Согласно нашей религии во главу угла должен быть поставлен опыт, эмпирическое знание. То, что говорилось Будой и другими учителями, предназначалось для людей определенной эпохи, живущих в определенной местности. После опыта следует логика – человек должен дойти умом, почему что-то произошло. И, наконец, третья опора – авторитеты. Авторитет Будды, сутр, учителей.

Президент Центра обществ сознания Кришны в России Бхакти Вигьяна Госвами: наука в основном отвечает на вопрос "как?", тогда как религию вопрос "как?" мало интересует, ей интересен ответ на вопрос "почему?"

Причин противостояния науки и религии великое множество, это очень большая тема. Как и в любом конфликте в этом противостоянии виноваты обе стороны. Наука объявляет о своих амбициях на монополию в вопросе объяснения единственно верной картины мира. С другой стороны, религия предъявляет свои претензии на обладание той же самой монополией. Естественно, до тех пор, пока не будет прояснено место той и другой в понимании общей картины мира, всегда будет существовать соперничество, всегда будут осуществляться попытки вытеснить конкурента из этой сферы.

На мой взгляд, религия и наука вполне смогут уживаться вместе, если каждый из них четко поймет свое место, поймет границы своего подхода к пониманию и объяснению существующего мира. Наука в основном отвечает на вопрос "как?". По большей части современная эмпирическая наука, основанная на чувственно воспринимаемых данных, объясняет, каким образом происходят различные процессы в этом мире. Тогда как религию вопрос "как?" мало интересует, ей интересен ответ на вопрос "почему?".

Ученые, претендующие на то, что они исчерпывающе объясняют мир, в сущности, утверждают, что ответа на вопрос "как?" достаточно. На их взгляд, сам по себе вопрос "почему?" – в частности, "почему мир существует?" – ненаучен. В свою очередь, религии свысока смотрят на попытки ученых ответить на вопрос "как?", поскольку считают его не самым существенным. По их мнению, достаточно знать ответ на вопрос "почему?".

Хотя для меня, как для человека религиозного, является аксиомой, что вопрос "почему?" главный, в то же самое время, я не думаю, что стоит отказываться от многочисленных ответов на вопросы "как?", если мы знаем ответ на вопрос "почему?". Наука и религия могут вполне мирно сосуществовать, если они поймут, что у них не одна и та же сфера деятельности, что они обладают разными подходами для описания реальности. Наука лишь дает в большей или меньшей степени глубокое описание разных срезов реальности, тогда как религия делает попытку объяснить эту реальность и причину ее возникновения.

Вера и разум не исключают друг друга и вполне могут сосуществовать. Опять же, при условии, что очерчены границы, в которых они действуют. Вера – это единственный способ познания того, что непостижимо для материальных чувств. Если мы ставим перед собой задачу познать нечто непостижимое с помощью органов чувств, то без веры мы это непостижимое не постигнем. Как свидетельствует богатый опыт множества людей, прибегавших для постижения непостижимого к вере, постижение это становится возможным, хотя этот предмет выходит за рамки разума. Разум же, это всего лишь некий инструмент для постижения постижимого. И если вера вступает в брачный союз с разумом, то одно может очень хорошо помочь другому. С помощью разума, постигнув постижимое, мы сможем понять, что существуют сферы для него непостижимые. С помощью веры мы сможем исследовать сферу непостижимого разумом и почувствовать счастье от полноты нашего познания.