Няня Гюльчехра Бобокулова, обвиняемая в убийстве четырехлетней девочки-инвалида, признала свою вину в понедельник, 24 октября, в Хорошевском районном суде Москвы, где начались слушания по существу уголовного дела
 
Няня Гюльчехра Бобокулова, обвиняемая в убийстве четырехлетней девочки-инвалида, признала свою вину в понедельник, 24 октября, в Хорошевском районном суде Москвы, где начались слушания по существу уголовного дела
АГН Москва

Няня Гюльчехра Бобокулова, обвиняемая в убийстве четырехлетней девочки-инвалида, признала свою вину в понедельник, 24 октября, в Хорошевском районном суде Москвы, где начались слушания по существу уголовного дела.

Гульчехра Бобокулова общалась с судом через переводчицу. "Я признаю вину, вот что она сказала", - приводит слова переводчицы Фариды Ханифовой "Интерфакс". Корреспондент телеканала "Дождь" отмечает, что сама няня об этом в присутствии журналистов не говорила, но законный представитель Бобокуловой сообщил, что няня "в общем согласна" с обвинением.

Business FM уточняет, что Бобокулову переводили с таджикского. Бобокулова, хоть и является гражданкой Узбекистана, - по национальности таджичка.

Хотя переводчица уверяла, что подсудимая "нормально реагирует и понимает, когда к ней обращаются с вопросами", в суде Гюльчехра Бобокулова казалась заторможенной. Доставленная на процесс женщина в синей дутой куртке и малиновой юбке с трудом поспевала за конвоирами. За время следствия она сильно располнела, отмечает Business FM.

На заседании Бобокулова рассказала, что жила с девочкой в одной комнате. Ребенок был болен ДЦП. По словам няни, в тот день она дождалась, пока подопечная уснет, после чего задушила ее и кухонным ножом отрезала голову, а затем подожгла квартиру с помощью лампадного масла, передает телеканал 360 из зала суда.

Гособвинитель потребовал назначить подсудимой принудительное лечение, сообщает "Газета.ru".

Материальный ущерб от пожара, устроенного няней, оценен в шесть с половиной миллионов рублей, передает ТАСС.

Согласно документам, которые зачитал прокурор, она задушила ребенка, отрезала голову, подожгла квартиру, в которой девочка жила вместе с родителями Екатериной и Владимиром Мещеряковыми, и пришла к метро "Октябрьское Поле", где угрожала устроить взрыв.

По словам прокурора, "в результате ее действий было уничтожено имущество потерпевших на общую сумму пять миллионов рублей", в том числе бытовая техника, одежда и другие личные вещи. Ущерб владелице квартиры Светлане Скачковой, которая сдавала ее родителям погибшей девочки, оценили еще в полтора миллиона рублей.

Как отмечает РБК, Бобокулова выслушала речь прокурора без эмоций. На вопросы суда она отвечала медленно и пользовалась помощью переводчика с узбекского языка. После оглашения обвинительного заключения суд попросил журналистов покинуть зал и приступил к допросу потерпевших в закрытом режиме.

При этом упоминаний о причастности няни к запрещенным террористическим организациям в суде не прозвучало, хотя раньше следствие проверяло связь Бобокуловой с подстрекателями и объявляло о намерении изучить ее переписку в соцсети "Одноклассники", составляющую 500 листов. Журналисты писали, что подстрекателем мог быть ее бывший сожитель, который "обрабатывал ее идеями исламского экстремизма".

Судебный процесс проходит в открытом режиме, закрытым был лишь допрос потерпевших. Суд 13 октября продлил до 4 апреля срок ареста подсудимой.

Резонансное убийство произошло в столице 29 февраля. Бобокулову задержали возле станции метро "Октябрьское Поле", где она некоторое время ходила с отрезанной головой ребенка в руках.

Гражданке Узбекистана были предъявлены обвинения по части 2 статьи 105 ("Убийство малолетнего"), части 2 статьи 167 ("Умышленное уничтожение и повреждение имущества") и части 1 статьи 207 ("Заведомо ложное сообщение об акте терроризма"). Последняя статья появилась сравнительно недавно, о ней стало известно только в суде.

На следствии Бобокулова рассказывала, что убить девочку ей "приказал Аллах" и что это было местью за российские бомбардировки в Сирии. Бобокулова состояла на учете в психиатрическом диспансере в Самарканде, психолого-психиатрическая экспертиза признала женщину невменяемой. До последнего момента она содержалась в психиатрической больнице при СИЗО "Бутырка".