Генерал Мишель Аун: "Сейчас в Ливане нет единства"
 
Генерал Мишель Аун: "Сейчас в Ливане нет единства"
www.interet-general.info

Как самая благополучная арабская страна превратилась в очаг терроризма?

Ливан был самой свободной, богатой арабской страной, "Швейцарией Востока". Теперь там война, разруха и нестабильность.

Конфликт, начавшийся в 1975 году, формально называли гражданской войной. Однако фактически это был конфликт между ливанцами и палестинцами Ясера Арафата. Они бежали в Ливан в 1948 году после войны с Израилем. Но основная масса приехала в 1970-м, когда палестинцев выселяли из Иордании, где они едва не захватили власть. Тогда же из страны пошел обратный поток - ее покидали ливанцы-христиане.

Ливанское правительство и армия были слабы. В палестинских лагерях беженцев в Ливане, куда ливанская армия до сих пор не вправе заходить, сформировались базы экстремистских исламских организаций. Под предлогом прекращения вооруженных столкновений между военизированными отрядами ливанцев и палестинцев в конфликт вмешалась Сирия.

Таифские соглашения, превратившие страну в протекторат Сирии, изменили политическую систему Ливана, уравняв численность христиан и мусульман в парламенте страны - по 64 с каждой стороны. Против этого выступил только главнокомандующий ливанской армией (точнее, тем, что от нее оставалось) генерал Мишель Аун. "Мы за мир с Сирией, но не можем поступиться независимостью Ливана. Мы за мир с мусульманами, но они должны признать демократические принципы", - повторял генерал Аун, осажденный сирийской армией в нескольких разрушенных кварталах Бейрута.

Он сдался в сентябре 1990-го, когда Сирия поддержала США во время "Бури в пустыне", и последние защитники независимости Ливана поняли, что их дело проиграно. Те политики Ливана, которые выступали против сирийского присутствия, стали жертвами этого конфликта. Президент Рене Муаввад был убит, лидер христианского большинства маронитов-католиков, бывший премьер, генерал Мишель Аун - отправлен в ссылку во Францию.

Через шиитскую организацию "Хизбаллах" Сирия до сих пор сохраняет свое присутствие в Ливане. С ливанской территории она воюет с Израилем, чтобы решить проблему своих Голанских высот (Израиль их оккупировал в ходе войны 1967 года). Сирия поддерживает "Хизбаллах" политически, Иран - материально. В сентябре 2004 года Совет безопасности ООН принял резолюцию о полном разоружении "Хизбаллах" параллельно с выводом сирийских войск из Ливана. 25 апреля 2005 года первые сирийские части покинули Ливан. "Хизбаллах" же осталась.

Недавно вернувшийся на родину генерал Аун заключил соглашение с "Хизбаллах". Ливанские шииты, их "Партия Аллаха", как называет себя "Хизбаллах", обрели союзников в лице ливанских христиан, которым некогда жестко противостояли. Политические партии Ливана согласились с тем, что движение, представляющее крупнейшую в стране религиозную общину, имеет право на собственное военное крыло. Позиции "Хезболлы" в Ливане еще более укрепились после того, как ее представители в прошлом году вошли в кабинет министров.

"Сейчас в Ливане нет единства"

Бывший противник и нынешний союзник "Хизбаллах" генерал Мишель Аун выразил в газете "Ведомости" свое мнение о причинах нынешней войны в Ливане.

"В то время как авиация, ВМФ и артиллерия обстреливают наш любимый Ливан, нам, ливанцам, как обычно, остается в отчаянии наблюдать за этим и расплачиваться за войну, навязанную нам обстоятельствами, над которыми мы не властны, " - пишет он.

Неважно, сколько продлится бойня, - все кончится политическими переговорами. Решение, которое будет найдено через неделю, месяц или год, будет, по сути, тем же решением, к которому можно прийти сейчас, и - что особенно трагично - можно было прийти до того, как был убит первый ребенок. А значит, сейчас можно и нужно приложить все усилия к тому, чтобы положить конец убийствам и разрушениям по обе стороны границы.

С самого начала каждая сторона смотрела на этот конфликт сквозь призму своего мировоззрения. Одни видят все происходящее в свете права на самооборону. Для других то, что Израиль называет актом самозащиты, является варварскими и агрессивными действиями, призванными разрушить страну и уничтожить народ. Точно так же некоторые рассматривают похищение боевиками "Хизбаллах" двух израильских солдат как чисто военную операцию, призванную заставить Израиль вернуть ливанских пленников, другие же расценивают это как террористический акт, имеющий целью подорвать суверенитет и безопасность Израиля.

Найдут ли другие арабские народы и их лидеры в себе смелость признать, что жизнь израильтянина так же ценна, как и жизнь араба? Найдет ли Израиль мужество признать, что жизнь ливанца так же ценна, как жизнь израильтянина? Я верю, что большинство арабов и израильтян ответят утвердительно. Можем ли мы ожидать от их правительств и лидеров того же? - спрашивает генерал Аун.

Он объясняет, почему возглавляемая им партия "Свободное патриотическое движение" села за стол переговоров с "Хизбаллах": "Противоречия могли быть разрешены либо с помощью открытого конфликта, либо через диалог. Признавая ценность человеческой жизни, мы выбрали последнее."

- Через месяцы интенсивных переговоров мы выработали десять ключевых пунктов, на основании которых была составлена "дорожная карта" для разрешения десяти самых острых разногласий. Например, "Хизбаллах" впервые согласилась с тем, что ливанцы, сотрудничавшие с израильтянами во время оккупации южного Ливана, могут вернуться домой, не опасаясь преследований.

СПД и "Хизбаллах" согласились вместе работать над формированием новой структуры гражданского общества вместо нынешней конфессиональной системы, где власть распределяется на основе приверженности той или иной религии. Также "Хизбаллах", которую считают откровенно просирийской партией, впервые согласилась, что граница между Ливаном и Сирией должна быть окончательно демаркирована, а между двумя странами установлены дипломатические отношения.

Было достигнуто соглашение о разоружении палестинских беженцев в Ливане. Все ливанские политические движения должны выйти из региональных конфликтов, в которые они вовлечены.

Наконец, переговоры привели к формулированию трех основных требований "Хизбаллах": освобождение ливанских заключенных из израильских тюрем, возвращение района ферм Шебаа, крошечного куска ливанской территории, до сих пор оккупированного Израилем, создание всесторонней стратегии обороны Ливана, основанной на сильной национальной армии и централизованной государственной власти, в которой гарантировано участие всех политических групп.

Вместо того чтобы помочь мирно решить проблему разоружения и избежать страданий, которые переживает сейчас наша страна, международное сообщество и ливанское правительство проигнорировали предлагаемое решение, утверждает генерал Аун. - После освобождения Ливана от сирийской оккупации международное сообщество (пришедшее в восторг от идеалистических картин "кедровой революции") потребовало, чтобы выборы в Ливане прошли немедленно и "своевременно". Оно отмахнулось от опасений по поводу избирательного законодательства, придуманного сирийскими политиками и навязанного Ливану в 2000 г., чтобы обеспечить переизбрание просирийских депутатов.

Сохранение этого законодательства привело к катастрофическим результатам. Оно привело к власти правительство, в котором большинство, составляющее две трети кабинета, поддерживается только одной третью населения. Политический тупик скоро стал очевиден. Сейчас в Ливане нет единства народной и правительственной воли, а значит, правительство не может эффективно решать какие-либо серьезные задачи, утверждает Мишель Аун.

История всех нас рассудит по делам нашим, и в особенности по бесполезным смертям и разрушениям, которые мы оставили за собой. Урон, который терпит Ливан, не пропорционален, не адекватен: разрушены больницы, молочные фермы, электростанции, вещательные станции, помещение ООН и другие гражданские объекты.